Защитники Цитадели
Имена по печатным изданиям - Г

ГУВАРЬ ИВАН ЛАВРЕНТЬЕВИЧ
сержант, фельдшер срочной службы 95-го медико-санитарного батальона.
__________________________________________________________________________________

Героическая оборона
Составители: М.И. Глязер, Г.И. Олехнович, Т.М. Ходцева, Л.В. Киселёва
Государственное издательство БССР
Редакция социально-экономической литературы
Минск, 1963

Летом 1941 года основной состав медико-санитарного батальона выехал в лагеря. Остались только бойцы для несения караула, санитары, писаря, дежурный врач, сестра и вольнонаемные няни. Больные находились в верхнем этаже. В нижнем этаже помещения располагались клиническая лаборатория, где я работал, аптека, кухня, столовая и штаб батальона. В апреле я сдал окружные экзамены и был зачислен кандидатом для поступления в Ленинградскую Военно-Медицинскую академию им. С.М. Кирова. В середине июня 1941 года прибыл вызов, и меня откомандировали в Академию для прохождения курсов. 19 июня 1941 года начальник комиссии по приему нам объявил, чтобы мы получили предписания и, разъехавшись по своим частям, ждали особого вызова.
...Прошло уже немало лет, с тех пор как отгремели залпы второй мировой войны. За плечами почти у каждого из нас тяжелые дороги боевых сражений. Но память моя цепко хранит события, разыгравшиеся в Брестской крепости, участником которых мне довелось быть. Словно вчера, встают передо мной дни, наполненные ожесточенными схватками с наседавшим врагом; дорогие черты моих товарищей по оружию, с которыми плечом к плечу отбивались мы от гитлеровцев в те памятные июньские дни 1941 года...
Вечером 21 июня я доложил дежурному врачу о прибытии и пошел отдохнуть в натянутую брезентовую палатку, что стояла неподалеку от нашего корпуса. Усталость быстро сморила меня. Когда я проснулся, то не мог сразу прийти в себя: дрожала земля, вокруг раздавались стоны и крики. Товарищи, находившиеся рядом, погибли от осколков снарядов и авиабомб. Меня ранило в руку. Озверевшие фашисты не пощадили даже госпитальных корпусов, на крыше которых ясно видны были красные кресты, бомбили нас с самолетов, обстреливали из орудий. Здания госпиталя рушились, горели. Погибло много больных.
Когда я под огнем добрался до своего корпуса, то там уже находились раненые, больные, медицинские сестры, вольнонаемные няни и один военврач 2-го ранга, прибывший накануне в командировку в нашу часть; он был ранен в голову (интендант 2-го ранга А.В. Банников - помощник начальника санитарной службы 4-й армии. Жил и работал в Псковской области. Умер в августе 1960 г.)
После краткого совещания мы решили немедленно подобрать раненых, унести в укрытие и перевязать. Я знал, где находятся индивидуальные пакеты, и принес их.
Больше всего я боялся попасть в руки врага. Мне приходилось несколько раз ходить в разведку с целью пробраться к центру крепости, чтобы сообщить сражавшимся там нашим частям о больных и раненых и просить помощи, но я везде натыкался на пулеметные и автоматные очереди врага. На нашем острове, хотя он и находился близко к границе, боевых частей не было. Находились лишь пограничники и небольшие караулы каких-то пехотинцев (это были курсанты полковой школы 84-го стрелкового полка). Все-таки из каждого разбитого корпуса ожесточенно стреляли во врага, стреляли пограничники в нательном белье и полураздетые женщины, жены командиров. Если винтовка доставалась больному, лишь два дня назад перенесшему операцию, он тоже  стрелял, чтобы и его пуля поразила врага. Немцы боялись заходить в разрушенные помещения, так как из-под развалин почти непрерывно стреляли. Мы были отрезаны от внешнего мира, но твердо верили, что вот-вот подойдут из лагерей свои и освободят нас.
Дни смешались в моем представлении. Снова и снова видели мы перед собою цепи атакующих врагов.
Кругом гремело; густой дым пожарища застилал горизонт.
В один из этих дней недалеко от меня разорвался снаряд. Оглушенный, я упал, потеряв сознание.
Фонд Военно-Медицинского музея Министерства Обороны Союза ССР, 55291/14.