Левашов Василий Иванович

_______________________________________________________________________________

Молодая гвардия (сборник документов и воспоминаний о героической борьбе подпольщиков Краснодона в дни временной фашистской оккупации (июль 1942 - февраль 1943). - на украинском языке. Издательство ЦК ЛКСМУ «Молодь», Киев - 1960.

Василь Іванович Левашов народився 17 березня 1924 року в місті Амвросіївці, Сталінської області. В 1931 році разом з батьками він переїхав у місто Краснодон. Учився в школі імені Горького, де в 1939 році вступив до комсомолу.
У квітні 1942 року Краснодонський райком комсомолу послав його разом з Загоруйком, Сергієм Левашовим і Шевцовою на навчання. З вересня 1942 року Василь був одним з активних членів штабу підпільної комсомольської організації «Молода гвардія».
Коли в Краснодоні почались арешти молодогвардійців, він пішов у Сталінську область. Після визволення Донбасу вступив у Радянську Армію, в рядах якої воював проти фашистів. Закінчивши Військово-політичну академію імені В.І. Леніна, Левашов В.І. служить в Червонопрапорному Балтійському військово-морському флоті.

____________________________________________________________

Молодая гвардия (сборник документов и воспоминаний о героической борьбе подпольщиков Краснодона в дни временной фашистской оккупации (июль 1942 - февраль 1943).

Издательство ЦК ЛКСМУ «Молодь», Киев - 1961.

Василий Иванович Левашов родился 17 марта 1924 года в городе Амвросиевке, Сталинской
области. В 1931 году вместе с родителями переехал в город Краснодон. Учился в школе имени
Горького. В 1939 году вступил в комсомол.

В апреле 1942 года Краснодонский райком комсомола направил его вместе с Загоруйко, Сергеем Левашовым и Шевцовой на учебу. С сентября 1942 года Василий был одним из активных членов штаба подпольной комсомольской организации «Молодая гвардия».
Когда в Краснодоне начались аресты молодогвардейцев, он ушел в Сталинскую область. После освобождения Донбасса вступил в Советскую Армию, в рядах которой сражался против фашистов. В.И. Левашов окончил Военно-политическую академию имени В.И. Ленина и в настоящее время служит в Краснознаменном Балтийском военно-морском флоте.

____________________________________________________________

Вспомним всех поимённо. Воспоминания оставшихся в живых участников «Молодой гвардии» о своих товарищах по подполью / сост. Л.С. Кривоногова, А.Г. Никитенко - Донецк, 1986.

ЧЛЕН ШТАБА ПОДПОЛЬНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ»
ВАСИЛИЙ ЛЕВАШОВ

Биографическая справка

Василий Иванович Левашов родился 24 июня 1924 года в городе Амвросиевке Донецкой
области. Здесь и в селе Воронково Рыбницкого района Молдавской ССР прошло его детство. С
1931 года жил в Краснодоне. Учился в школе № 1 имени А. М. Горького. В 1939 году стал членом
ВЛКСМ.

В апреле 1942 года по рекомендации Краснодонского райкома комсомола Василий Левашов
стал курсантом Ворошиловградской школы подготовки партизан и подпольщиков. После ее
окончания он в составе группы был заброшен в тыл противника. В сентябре 1942 года вернулся в
Краснодон, здесь объединил вокруг себя группу молодежи, а затем стал членом штаба
подпольной организации «Молодая гвардия». Во время арестов Василию Левашову удалось
уйти от преследования фашистов. В сентябре 1943 года стал рядовым Советской Армии.
Принимал участие в боях за Херсон, Николаев, Одессу, Кишинев, штурмовал Берлин. В 1944 году
стал коммунистом.
После войны окончил одно из ленинградских военных училищ, затем Военно-политическую
академию имени В. И. Ленина в Москве. Служил на военных кораблях Черноморского в
Балтийского флотов.
С 1973 года капитан 1-го ранга Василий Иванович Левашов работает старшим преподавателем
кафедры истории КПСС Высшего военно-морского училища радиоэлектроники имени А. С.
Попова в Ленинграде.
За участие в Великой Отечественной войне награжден орденами Красной Звезды,
Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Отечественной войны 2-й степени,
медалями «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «Партизану Отечественной
воины» 2-й степени.

__________________________________________________________

"В последний путь..." - на странице "Люблю и помню"

__________________________________________________________

газета "Псковский рубеж" - 2002 г. - 16-22 декабря

«МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ»

Дорогая редакция!
Осенью 2002 года исполнилось 60 лет со дня создания подпольной организации «Молодая гвардия» в г. Краснодоне.
О молодогвардейцах, которые боролись за Советский Союз и коммунистические идеалы, теперь вспоминать не модно. Мне больно это видеть, так как я с детства интересуюсь историей краснодонского подполья и отношусь к ним, как к дорогим и близким людям.
Многолетнее знакомство связывало меня с членом штаба «Молодой гвардии» В. Левашовым, В. Борц; переписываюсь с родными В. Третьякевича, Н. Минаевой. В дни 60-летия хотелось бы вспомнить молодых героев добрым словом.

БУХВАЛ Н.К. г. ПСКОВ

ИСТОРИЯ - это, в первую очередь, люди. В их судьбах отражается эпоха. Многие из нас впервые узнали о молодогвардейцах благодаря роману А. Фадеева. И когда называются их имена, наше воображение невольно становится "фадеевским"...

Горькое лето 1942 года. Трагедия отступления советских войск, смятение беженцев. Маленький шахтерский городок Краснодон захвачен и разорен. Но вчерашние школьники по зову сердца и без чьих-либо приказов объединяются для борьбы.
Они не думали о славе и наградах. Не знали, что последующие поколения будут восхищаться их подвигом.
Конечно, краснодонское подполье - лишь эпизод всенародной войны. Подобных примеров сотни. Но "Молодая гвардия" была особенно многочисленной, и именно о ней узнал весь мир.
Сегодня "Молодая гвардия" стала частью истории уже другого государства - Украины. Но Россию и Украину навсегда связывала общая война и Победа. Лишь восемь - из более чем ста молодогвардейцев - встретили Победу. Трое после войны жили в России. А из членов штаба остался в живых только В.И. Левашов. Он скончался 10 июля 2001 г. в возрасте 77 лет.

Писать о нем в прошедшем времени тяжело...

Он рос в эпоху романтики и великих строек. На глазах парней и девчат, которые потом назовут себя гордым именем "молодогвардейцы", неприглядный рудник "Сорокино" превратился перед войной в город Краснодон. Их руками посажен парк в центре города, где сейчас находится прекрасный музей "Молодой гвардии" и горит Вечный огонь.
Рядом с мемориалом до сих пор стоит школа им. Горького, где учились более 20 молодогвардейцев. В их числе - неразлучные друзья, двоюродные братья Василий и Сергей Левашовы. В романе А.Фадеев слил их судьбы в одну, оставив только один образ погибшего Сергея.
С началом войны Левашовы, как и их сверстники, осаждали военкоматы. Но их не брали по возрасту. Однако братья добились своей цели. Райком комсомола направил их в разведшколу, которая располагалась в Ворошиловграде. Вместе с ними на курсах радистов учились еще 5 краснодонцев, в том числе Люба Шевцова. Учебная нагрузка была огромной, дисциплина - военной. Потом в составе диверсионной разведгруппы братья выполняли боевое задание в тылу врага. А после гибели группы оказались в Краснодоне, где "освободители от коммунизма" уже установили "новый порядок". В те осенние дни живыми были закопаны в городском парке 32 человека рабочие, шахтеры.
В ответ на злодеяния и мародерство родилась "Молодая гвардия". Не такой уж масштабный ущерб нанесла она фашистам и их прислужникам. Но все же...
Немцы всячески старались восстановить шахты, специально взорванные перед уходом наших войск. Но под руководством подпольщиков шел массовый саботаж. Ребята из группы В. Левашова совершили дерзкую диверсию на шахте №1 "Сорокино", подпилив стальной трос. Клеть рухнула, ломая коммуникации. До освобождения Краснодона шахту так и не восстановили. Эта же группа выводила из строя временную городскую электростанцию.
А сожжение биржи труда, освобождение военнопленных! Десятки людей получили избавление от плена и угона в Германию, благодаря "Молодой гвардии".
Но все-таки величие их подвига в другом. Борьба краснодонцев воплощает лучшие человеческие и православные ценности: самопожертвование во имя Отчизны, мученичество ради справедливости.
После гибели молодогвардейцев Василий Иванович мстил за погибших товарищей на фронтах Великой Отечественной. От рядового бойца-пулеметчика до лейтенанта, комсорга полка, он прошел с боями Украину, Польшу, штурмовал Берлин. Награжден орденами и медалями. Не раз первым поднимался комсорг из окопов с призывом «За «Молодую гвардию»!
До последних дней Василий Иванович был страстным пропагандистом подвига "Молодой гвардии". На его счету сотни выступлений перед разной аудиторией в нашей стране и за рубежом, многочисленные интервью, участие в слетах школьных музеев. Поражает география поездок - Москва, Владивосток, Ташкент, Рига, Новгород... В.Левашов выступал и в пожилом возрасте, когда подступили болезни. Он возвращался из поездок помолодевший, окрыленный и всегда делился восторженными впечатлениями.
Василий Иванович покорял своим обаянием, мужественностью офицера, интеллигентностью.
Однажды Василий Иванович был в краснодонском музее на экскурсии, которую вел директор А.Г. Никитенко. Там же присутствовал немецкий космонавт. Директор эмоционально рассказывал о зверствах немецких фашистов. Космонавту явно было не по себе, когда он слушал о жестокости своих соотечественников. Говоря о членах штаба, директор посмотрел на Левашова: "А один из них сейчас находится среди нас".
Немец в изумлении оглядывается. Левашов, улыбаясь, делает шаг навстречу. Космонавт бросается к нему и обнимает...
Я, как псковичка, горжусь тем, что в 1988 году смогла познакомить легендарного молодогвардейца с достопримечательностями нашего города. Мы вместе любовались Троицким собором, ходили к Вечному огню, по другим местам, а потом вышли на улицу О.Кошевого.
"Молодая гвардия" не отпускала В.Левашова. Как самое священное и дорогое пронес он память о ней через всю большую жизнь. Василий Иванович тяжело переживал, что в последнее 10-летие вылито столько грязи, клеветы на краснодонских патриотов. На Украине, где особенно должны гордиться подвигом молодогвардейцев, растиражированы десятки публикаций, оскорбляющих их память и честь. Нынешние лжеисследователи и продажные журналисты пытаются убедить нас, что никакого подполья не существовало, а была лишь компания блатных пацанов и их подружек.
СМИ целенаправленно внушают, что в советской истории героев не было. Мы не должны поддаваться зомбированию. И пока есть в нашем народе честные, порядочные люди, память о "Молодой гвардии" будет жить и передаваться из поколения в поколение.

__________________________________________________________

Обращение последнего молодогвардейца В.И. Левашова к молодёжи.

Комсомольцы - добровольцы
Мы сильны нашей верною дружбой
Сквозь огонь мы пройдем, если нужно…

Я недаром начал свое обращение к Вам именно с этих строк всем известной песни!
Ведь именно они, комсомольцы, строили Магнитку и Комсомольск-на-Амуре, создавали первые трактора Харьковского и Сталинградского заводов, прокладывали под землей тоннели лучшего в мире метро и вытаскивали страну из тьмы неграмотности.
И это не просто список достижений - это наша молодость, этим жили комсомольцы, этим были счастливы!
Сколько горения, любви, страсти вложено в каждую стройку, в каждый полет, в каждый музыкальный номер на международных конкурсах.
Сейчас нам пытаются ставить в вину наш энтузиазм и жертвы, принесенные во имя процветания Родины. Но иначе мы не могли. Мы любили свою Родину так, как об этом писал будущий молодогвардеец Толя Попов в 1942 году в своем сочинении. Толя тогда учился в 10-ом классе: "Я люблю свою Родину, свободолюбивую, многонациональную, за героическое прошлое, за великое настоящее, а главным образом, за ее будущее… и, когда нужно будет принести себя в жертву Родине я, не задумываясь, отдам свою жизнь".
И его одноклассница и будущий товарищ по подполью Ангелина Самошина тоже утверждала: "Я люблю свою Родину и готова защищать ее до последней капли крови".
И именно так поступили и Толя, и Лина, и тысячи юношей и девушек во время Великой Отечественной войны.

22 июня 1941 года и 9 мая 1945 года...

Всего две даты, между которыми 1418 дней. Но как много вместили в себя эти дни! В них тридцать дней защиты Брестской крепости и 900 дней блокады Ленинграда, в них последний день Зои Космодемьянской и последние минуты Александра Матросова, в них 90 дней комсомольской подпольной организации "Молодая гвардия".
Именно эти даты вместили в себя смерть и бессмертие, отступления и победы, слезы горя и радости, стоны замученных людей и готовность тысяч отдать жизнь за свободу Родины!
К концу 1943 года в тылу немецких захватчиков действовало свыше миллиона вооруженных партизан - народных мстителей.
60% составляли комсомольцы и молодежь. За время войны 99 молодых партизан были удостоены звания Героя Совете кого Союза, более 50 000 награждены орденами и медалями. Среди них - Лиза Чайкина, Володя Дубинин, Леня Голиков, среди них и мои товарищи по подпольной организации "Молодая гвардия", действовавшей в конце 42-ого года в городе Краснодоне.
Погибая, они не думали, что их назовут героями, а имена их будут долгое время повторять многие поколения молодежи, как пример беззаветной преданности своему комсомольскому долгу. Жизнью и смертью утверждали они высокое звание комсомольца.

Так получилось, что о "Молодой гвардии" страна узнала раньше, чем о других подпольных
организациях.

Мои друзья - молодогвардейцы не были людьми исключительными. Они ничем не отличались от других юношей и девушек нашей Родины: также учились, дружили, ссорились, гоняли голубей. Почти все принимали активное участие в школьной жизни. Мои друзья всегда были готовы прийти на помощь товарищу, были порядочными, честными и справедливыми. Они не могли не встать на путь борьбы за свою Родину, ее свободу, даже врагов удивляя своей необычайной стойкостью, мужеством, верой в свой народ и его победу!
Обязательно хочу обратить Ваше внимание на то, что "Молодая гвардия" была многонациональной. Тогда мы даже не замечали этого, хотя рядом были молдаванин Борис Главан и азербайджанец Али Дадышев, белорус Виктор Третьякевич и казачка Ульяна Громова, еврейка Валерия Борц, армяне Жора Арутюнянц и Майя Пегливанова, русские и украинцы.
В основе нашей дружбы лежали верность и преданность, готовность ради друзей преодолеть любые трудности, пойти на все ради общего дела, за которое боролись все вместе!
Знаю, что ни один из погибших молодогвардейцев - знаю это наверняка - ни один из них нигде и никогда не стал бы мириться с трусостью, подлостью, несправедливостью, не искал бы в жизни окольных путей.
Для нынешней молодежи все это - страницы истории. И надо обязательно воссоздавать эти страницы, рассказывая обо всем, что пережил наш народ в тяжелые годы войны, правдиво доказывая, почему и во имя чего отдавали люди свои жизни, ни на минуту не забывая о живых, которым они кровью писали слова привета, как это делали молодогвардейцы.
Выросло новое поколение молодежи! Хочется верить, что для него подвиг краснодонцев будет служить образом любви и преданности своей Отчизне.
Верю, что молодежь третьего тысячелетия будет честной, порядочной, справедливой, готовой подставить плечо товарищу.
Желаю молодому поколению стать истинными патриотами и не забывать, что тысячи их сверстников не пожалели свои молодые жизни для того, чтобы оно было именно таким, чтобы любило Родину, как и они, и отдавало все силы для ее процветания.

22 июня 2001 года. Левашов В.И.

Текст обращения последнего молодогвардейца Левашова Василия Ивановича продиктован им при нашей встрече 22 июня 2001 г., проверен им лично и подписан.
Студентка 2 курса Ленинградского областного университета им. Пушкина А.С.

Дружинина Алена
Тосно - Санкт - Петербург
14.08.01
Подпись А.В.Дружининой подтверждаю
Зам. нач. отдела РГАСПИ Минаева О.В.

__________________________________________________________

Плакат, изданный Высшим военно-морским училищем радиоэлектроники имени А. С. Попова в
Ленинграде в 1985 году.

За нашу Советскую Родину

40-летию Великой Победы, XXVII съезду Коммунистической партии Советского Союза
достойную встречу!

Старший преподаватель, доцент,
капитан 1 ранга
ЛЕВАШОВ Василий Иванович

Большим авторитетом и уважением в училище пользуется капитан 1 ранга ЛЕВАШОВ Василий Иванович. Он завоевал почет у сослуживцев своим высоким трудолюбием, скромностью, готовностью всегда оказать всем нужную помощь. Высокообразованный офицер-педагог, горячо любящий свое дело, принципиальный коммунист-воспитатель, заслуженно считается в нашем училище одним из лучших преподавателей.
В суровые годы Великой Отечественной войны Василий Иванович храбро сражался с фашистскими оккупантами: член штаба «Молодая гвардия», комсорг полка. Ему есть о чем рассказать курсантам - будущим офицерам флота о тех великих победах, которые одержал советский народ в битвах с немецко-фашистскими захватчиками. Василии Иванович желанный гость во многих аудиториях нашей страны, неоднократно выезжал и в зарубежные командировки в страны социалистического содружества.
В.И. ЛЕВАШОВ является опытным, высококвалифицированным преподавателем, доцентом. Его лекции, высоко партийные, научно аргументированные, тесно связанные с жизнью, всегда слушаются курсантами с неослабевающим интересом. Особое внимание уделяет Василий Иванович семинарским занятиям, прививая на них курсантам навыки политико-воспитательной работы, необходимые для будущих офицеров флота.
Опыт воспитательной работы ЛЕВАШОВА В.И. является положительным и поучительным, его изучают и используют все педагоги-воспитатели. За свою плодотворную педагогическую деятельность он неоднократно поощрялся командованием.
И сейчас, подходя к знаменательной дате 40-летия Победы в Великой Отечественной войне, он, как и прежде, в боевом строю, встречает этот праздник большими успехами в выполнении своего служебного и партийного долга, проводит большую военно-патриотическую работу среди курсантов и молодежи страны.
Василий Иванович был делегатом XVII и XIX съездов ВЛКСМ, съездов союзных республик, V Всеармейского совещания секретарей комсомольских организаций, участвовал в сборах комсоргов военных лет.
Товарищи! Приумножайте славные традиции ветеранов Великой Отечественной войны!

Неустанно повышайте бдительность и боевую готовность!

ПОЛИТОТДЕЛ

__________________________________________________________

Анатолий НИКИТЕНКО, музей «Молодая гвардия»

Газета «ИЖИЦА», 2 марта 2005 г.

ДЕНЬ ПОБЕДЫ ВАСИЛИЯ ЛЕВАШОВА

Война будет продолжаться до тех пор, пока не будет установлено имя последнего солдата и не найдена его могила.
Не помню, кто автор этих слов. Да и столь ли это важно? Главное, что в них заложен глубокий смысл. Он не только в том, что необходимо продолжать поиск безымянных героев и их могил, а в первую очередь в том, что пока этот поиск будет продолжаться, будет жива и память о безымянных или известных героях, творивших историю.
Впрочем, я бы добавил, что война будет длиться до тех пор, пока о каждом из ее участников не будет рассказано всему миру. Возможно ли это? Конечно же, нет, но к этому надо стремиться.
Лишь в этом случае абстрактное понятие «вечная память» будет наполняться конкретным содержанием. А обезличенное выражение «Великая Победа всего народа» обретет лицо конкретного победителя, который был и который имел свое имя.
И тогда 9 мая можно будет смело назвать Днем Победы солдата Воронова, или солдата Калистратова, или солдата Кузнецова, или солдата... И в каждом селе, поселке, городе после слов «День Победы» можно будет назвать фамилию солдата, который вернулся или не вернулся в свой родной дом. Только тогда память станет по-настоящему всеобъемлющей и вечной.

БУДНИ ВОЙНЫ

Его имя чаще, а, пожалуй, и всегда вспоминают в обязательном соседстве со словом «молодогвардеец». И только тем, кто давно и глубоко изучает историю краснодонского подполья, известно, что война для Василия Левашова началась еще до того, как он принял клятву, вступая в «Молодую гвардию». В марте 1942 года Василий, заканчивавший 10-й класс средней школы, вместе с шестью краснодонцами по рекомендации райкома комсомола будет направлен в школу особого назначения, которая в спешном порядке готовила диверсионные группы для работы в тылу врага. После ее окончания В. Левашов вместе с двоюродным братом Сергеем будет заброшен на уже оккупированную фашистами территорию.
Группа, в которую был включен юноша, действовала недолго. После ее провала Василию удалось уйти от преследования врага. В сентябре 1942 года он возвращается в Краснодон, где вскоре становится участником молодежного подполья. Здесь судьба вновь улыбнулась ему. После предательства «Молодой гвардии» Василий уходит в Амвросиевку Донецкой области, где он родился и где проживали его родственники, а затем в поселок Кутейниково Амвросиевского района. За неделю до освобождения поселка перешел линию фронта. После спецпроверки (а таковую в условиях военного времени проходили все, кто оставался на оккупированной территории) ушел в действующую армию.
Здесь я позволю себе небольшое лирическое отступление. Написал эти строки с перечислением дат и населенных пунктов, куда обстоятельства слепо забрасывали парня, и подумал: а будет ли это интересно читателю? Ведь ему, утопающему сегодня в лавине сенсационной информации, которая ежедневно обрушивается на наши головы со страниц многочисленных газет, подавай что-то такое, от чего бы дух захватывало. Где же здесь особые обстоятельства, заставившие меня взяться за перо, чтобы рассказать именно об этом человеке? А ведь ответ лежит на поверхности. Они, эти обстоятельства, в том, что в течение четырех месяцев, вначале в августе 1942 после провала диверсионной группы, а затем в январе 1943 года после гибели «Молодой гвардии» Василию Левашову дважды пришлось уходить от преследования врага.
Однако вернемся к осенним событиям 1943 года. 20 сентября В.Левашов становится бойцом действующей Красной Армии. Сбылась его мечта, к которой он стремился с первых дней войны, но осуществить которую мешали то непризывной возраст, то непредвиденные обстоятельства, связанные с его пребыванием на оккупированной территории. Впрочем, упрекать себя за это Василий не имел никакого права: Ведь все это время он находился на острие событий, ибо борьба в тылу врага, что бы ни говорили о фронте, намного рискованней и опасней.
Завершая свои воспоминания о деятельности в «Молодой гвардии», а затем о нескольких месяцах вынужденного бездействия в Амвросиевке и Кутейниково Донецкой области, Василий Левашов напишет:
«На следующий день был направлен на фронт. Определили меня рядовым пулеметной роты 2 стрелкового батальона 1038 стрелкового полка 295 стрелковой дивизии. В составе этого полка я дошел до Берлина». И все, будто бы двадцать месяцев последующей войны, отмеченные тремя боевыми орденами, - это всего лишь незначительный эпизод в его военной биографии. И только в 1985 году по настоятельной просьбе сотрудников музея «Молодая гвардия» уже в звании капитана I ранга Василий Иванович Левашов напишет автобиографическую повесть, в которой расскажет об этих днях.

Ниже мы приводим отрывок из этой пока еще неопубликованной повести:
«И вот я на фронте.

Меня определили в пулеметный расчет подносчиком патронов. Основным нашим оружием был станковый пулемет «Максим», известный еще с первой мировой и гражданской войн. Кроме пулемета, каждый имел винтовку или автомат. Командовал нашим пулеметным расчетом младший сержант Овчинников. Оказалось, мы с ним земляки. Он тоже из Луганской области, из города Красный Луч.
Вскоре ночью наш батальон покинул окопы второго эшелона и перешел на передний край. Теперь впереди нас только нейтральная полоса, а за нею позиции немцев. В темное время на их стороне почти беспрерывно то в одном месте, то в другом взвивались в небо осветительные ракеты, трассирующими пулями строчил пулемет. Это из опасения ночной атаки с нашей стороны.
Утром к нам на пулеметную точку пришел командир пулеметного взвода лейтенант Антонов. Он только что вернулся из госпиталя. Лечился после ранения. Командир взвода рассказал нам последние новости с фронтов, познакомился с новичками. А потом, обращаясь ко всем, спросил:

- Кто из вас знает, что такое активная оборона?
Все молча переглянулись.

- Мы пока не наступаем, перешли к обороне. Но своими активными действиями не должны давать покоя противнику ни днем, ни ночью. Присмотритесь внимательно. Немцы свободно разгуливают на своих позициях, и никто из вас не открывает по ним огонь.
Лейтенант Антонов так увлек нас своим рассказом об активной обороне, что еще до его ухода в другой пулеметный расчет мы все превратились в снайперов, выслеживающих неосторожного противника. Немцы, конечно, почувствовали нашу активность и пытались нас дурачить. То есть надевали на ствол винтовки каску и высовывали ее из окопа. Пусть мол, русские солдаты попусту расстреливают свой боезапас. Но мы без труда научились отличать обманный прием от фактической оплошности противника.
Как-то вечером нам сказали, что ночью меняем позицию, а утром - наступление. Частная операция по освобождению села. Когда стемнело, наш расчет перешел на окраину лесопосадки. Наш пулемет выдвигался вперед. С этого места своим огнем мы должны были поддерживать наступающую цепь пехоты.
Всю ночь мы не спали, зарываясь в землю. И хорошо, что основное успели сделать. Когда наш «Максим» застрочил в поддержку атакующей пехоте, немцы засекли нашу пулеметную точку и открыли минометный огонь. Мы вместе с Володей Трошиным прижались в небольшом окопчике, который успели вырыть на двоих. С каждым близким разрывом мины нас обдавало горячей воздушной волной. Я, как новичок, спросил у Трошина:

- Что это такое?

- Это над нами взрываются дополнительные заряды наших мин, которые пролетают в сторону немцев.
Я по наивности поверил. А когда обстрел прекратился, увидел множество воронок от фашистских мин. Один наш пулеметчик убит, другой тяжело ранен. Только тогда понял, что Володя Трошин меня разыграл. Но я не обиделся. По неведению мне легче было перенести интенсивный минометный обстрел нашей пулеметной точки.
Из села немцев выбили довольно быстро. Мы миновали его безлюдные улицы и вышли на западную окраину. Здесь мы и заняли оборону, установив пулемет на капонир. С него хорошо просматривалась местность, где были немцы.
Едва мы все наладили для стрельбы, как немцы перешли в контратаку. Они поднялись во весь рост и, стреляя из автоматов на ходу, ринулись в нашу сторону. Наш пулемет длинными очередями стал бить по приближающейся цепи противника. Вслед за нашим застрочили пулеметы справа и слева. А мы стреляли по бегущим немцам из винтовок.
Немцы, вероятно, рассчитывали на нашу неподготовленность и психической атакой намеревались восстановить положение. Но дружный огонь с нашей стороны заставил их залечь и окапываться. А ночью немцы отошли на заранее оборудованные позиции.
Через сутки началось общее наступление. Оно было продолжением того, что началось еще в июле.
Вначале передний край немцев обработала наша артиллерия, затем налетели наши штурмовики. Только после этого поднялась пехота.
Мы приближались к Днепру, освобождая Приазовье, Мелитополь. В этих местах, в районе реки Молочной родились и отец мой, и мать. Горящий Токмак, сожженные села, убитый домашний скот, угнанное со своих мест население - вот что, как и прежде, оставляли после себя бегущие на запад оккупанты.
Противник, отступая, отчаянно сопротивлялся. А возможности у него были еще немалые. Он досаждал нам своей авиацией. Конечно, это было уже не то, что в 1941 и 1942 годах, когда немцы практически безраздельно господствовали в воздухе. Но на отдельных участках они иной раз наносили ощутимые бомбовые удары.
29 октября, в двадцатипятилетний юбилей комсомола, мы целый день с боями продвигались по степной местности. К вечеру движение приостановилось. Как только стемнело, за мной прибежал рассыльный.
- Тебя вызывают в политотдел. Оказалось, политотдел организовал встречу комсомольского актива в честь юбилея ВЛКСМ. За ужином вспоминали героев-комсомольцев, их подвиги, пели фронтовые и комсомольские песни. Получилось все очень здорово. Ведь все это в походно-боевой обстановке. Я, окрыленный, вернулся в свой пулеметный расчет.
В первых числах ноября где-то южнее Каховки мы вышли к Днепру. Цели, поставленные нашим войскам в наступлении, были достигнуты. На длительный срок мы переходили к обороне.
Нужно было накопить свежие силы, подтянуть тылы, подготовиться к форсированию, а затем, преодолев водную преграду, продолжать наступление по освобождению оккупированной фашистами советской земли.
Командир пулеметной роты капитан Терещенко указал нам место на берегу Днепра, где приказано оборудовать пулеметную точку. В вечерних сумерках мы увидели двухэтажное здание оригинальной архитектуры. На карте оно значилось, как дом отдыха. Мы обрадовались, предвкушая желанный отдых под крышей. Но не тут-то было. Командир пулеметного расчета младший сержант Овчинников сказал:
- Пока не оборудуем пулеметную точку, никакого отдыха не будет.
Овчинников торопился не зря. Он знал, что и справа, и слева от нас никого поблизости нет. Поэтому, в случае, если немцы вздумают переправиться на левый берег, вся надежда на наш пулемет. Вместо отдыха мы трудились всю ночь. А когда наступил рассвет, на берегу Днепра, в двухстах метрах от дома отдыха между стволами огромных деревьев была вырыта пулеметная ячейка с круговым обстрелом.
Работа не прекращалась и днем. Скрытно от противника, который закрепился на противоположном берегу, мы оборудовали для себя укрытие. Иначе говоря, построили блиндаж, связав его ходом сообщения с пулеметной точкой.
Когда все основные работы по оборудованию нашей огневой позиции были завершены, мы стали изучать окружающую обстановку. Как ни всматривались в противоположный берег, никаких признаков нахождения там противника не обнаружили. Не видно было ни огневых точек, ни передвижения солдат. Лишь в ночное время иногда в стороне раздавались выстрелы. Но и мы соблюдали осторожность, стараясь не дать возможности противнику обнаружить и засечь нашу пулеметную точку.
Нас всех интересовал также вопрос о том, кто же наши соседи справа и слева. Мне и Кулагину Овчинников сказал:

- Пройдитесь вдоль берега вниз по течению. Кто-то же должен быть у нас слева.

Ясным погожим утром отправились мы с Кулагиным по заброшенной проселочной дороге, протянувшейся вдоль берега Днепра от дома отдыха на юг. Кустарник прикрывал нас от взоров противника. Но противоположная западная сторона просматривалась нами хорошо, так как освещалась с востока солнцем.
Когда мы прошли уже около километра, увидели на стороне противника фигурку в зеленом. Фашистский солдат шагал в том же направлении, куда и мы.
- Ну что, спугнем? - предложил я Кулагину. Это срабатывала привычка не давать свободно разгуливать противнику, привитая нам лейтенантом Антоновым.
Мы залегли в кустах. Я прицелился и выстрелил. Немец упал. Вероятно, прикинулся убитым. Минут десять мы лежа выжидали, когда он поднимется, чтобы снова выстрелить. Но так и не дождавшись, пошли дальше.
Не обнаружив соседей слева, минут через сорок мы возвращались на точку тем же путем. Тот, кто упал после моего выстрела, оставался на прежнем месте.
А в следующую ночь к нам с той стороны нагрянули незваные «гости». После дежурства у пулемета вместе с двумя другими товарищами я спал в блиндаже. Вдруг сквозь сон услышал взволнованный голос Трошина:
- Тревога! Немцы переправились!
Сна как не бывало. Я схватил свой автомат и по узкому ходу сообщения бегом к пулемету. Подбежал и удивился. Пулемет был нацелен не в сторону Днепра, а на дом отдыха. К его прицелу уже прильнул командир расчета Овчинников, в любой миг готовый открыть огонь.
- Немцы зашли к нам в тыл. Приготовьте автоматы, гранаты и ждите команды! - едва слышно произнес Овчинников.
Оправившись ото сна, я прислушался. Со стороны дома доносились едва уловимые звуки. Ясно, что по дому передвигались люди. Конечно, это немцы. Но сколько их и с какой целью переправились?
Шум усилился, стал ближе. И вдруг застрочил наш пулемет. Овчинников решил, что уже пора и нажал гашетку. Трассирующие пули устремились вперед и на какие-то мгновения высветили то контуры дома, то очертания деревьев. Туда же, вслед за пулеметными трассами посыпались и наши автоматные очереди. Нас было всего пятеро, но мы подняли такую стрельбу, словно нас не меньше взвода.
Вскоре мы услышали, как над нашими головами в ветвях кустарника протрещали разрывные пули, а затем из темноты со стороны дома донеслись редкие автоматные очереди. Это отстреливались немцы.

Постепенно стрельба стихла. Не стреляли мы, замолчали и немцы. Ушли или затаились? В
тревожном напряжении, держа оружие наготове, ждали мы утра. А когда рассвело, увидели трех
убитых немцев, одетых в зеленые маскировочные одежды. Двое лежали у входной двери, а
третий, головой в нашу сторону, был сражен на полпути между домом и нашей пулеметной
точкой.
Ночную стрельбу, конечно, слышали и наши начальники. Утром пришел командир пулеметной
роты капитан Терещенко. Он осмотрел убитых и сказал:
- Это были немецкие разведчики. Они приходили за «языком».

Немцам нужно было кого-нибудь из нас захватить живым и доставить на тот берег. А там допросить с пристрастием. Но вероятнее всего, они рассчитывали увести с собой кого-нибудь из наших офицеров. Поэтому сразу пробрались в дом. Однако наш командир роты оказался предусмотрительнее, чем противник, и установить пулемет распорядился не в доме и даже не у дома, а в двухстах метрах от него».

МАЛЕНЬКИХ ПОДВИГОВ НЕ БЫВАЕТ

Помню, в детстве после просмотра фильма «Подвиг разведчика» я спросил своего отца-фронтовика, сколько он убил фашистов. Отец поморщился (видно, вспоминать об этом ему, военврачу, не очень-то и хотелось), но ответил:
- Двух - точно, ведь стрелял я в них почти в упор, когда немцы ворвались в медсанбат.
Я тогда очень гордился своим уже, к сожалению, покойным отцом.
Мне почему-то казалось, что не убей он тогда двух врагов, война могла бы продолжаться еще долго. А может быть, я, мальчишка, был не так уж и далек от истины. Потому что Великая Победа складывалась из маленьких побед каждого солдата. И не столь уж важна в этом случае простая арифметика. Вот потому меня сегодня глубоко возмущает, а если хотите, то просто бесит, когда кое-кто из современных историков новой волны хищной улыбкой начинает глумливо распространяться о погибшем, который якобы уж слишком высоко вознесен на пьедестал.
Во-первых, я убежден, что подвиг не может быть большим или маленьким. Есть просто подвиг, не нуждающийся ни в каких прилагательных. А, во-вторых, это чистое кощунство вступать в полемику с погибшим, который в силу обстоятельств не может тебе ответить. Впрочем, все это не касается героя нашей публикации. А, может быть, и касается, потому что Великая Отечественная война была его войной, а все, кто в ней участвовал, - члены одного фронтового братства. А ведь брат брата в обиду не даст никогда.

____________________________________________________________

А. Дружинина

// VII Царскосельские чтения. Т. IX. Сборник работ студенческого научного общества
«Восхождение к науке». Материалы конференции 22-23 апреля 2003 г./ Под общ. ред. проф.
В.Н. Скворцова. - СПб.: Ленинградский государственный областной университет им. А.С.
Пушкина, 2003, С. 66-68.

Есть жизни, которые яркой звездою
вдруг вспыхнув, не гаснут на нашем пути…

1 января 2003 года исполнилось 60 лет со дня трагической гибели подпольной
комсомольской организации г. Краснодона - "Молодая гвардия".
12 человек сумели уйти тогда от преследования фашистов, но после окончания войны в
живых осталось лишь восемь. Об одном из них - мой рассказ.

…Весть о начале войны пришла в Краснодон в полдень 22 июня 1942 года. Группа
десятиклассников из школы им. Горького "… решили с утра идти в райком комсомола и
проситься на фронт». (Левашов В. И. О моих друзьях-молодогвардейцах. - Неопубликованная
рукопись. С. 4). Они всюду получали отказ. Лишь через год, когда ребята заканчивали 10-й
класс, то пятерых, одним из которых был Василий Левашов, по рекомендации райкома
комсомола направили для обучения в школу радистов. Уже в начале августа Левашова вместе с
товарищами переправили самолетом через линию фронта. Забросили группу неудачно:
«...спустились с парашютом около какого-то села, а рации и все остальное попало с другим
парашютом прямо в село, где стояла немецкая часть». (Арутюнянц Г. М. Иван Туркенич. -
Рукопись. С. 14)
Не всем удалось вырваться из окружения: «Было принято решение идти в Донбасс… Я решил
идти на восток, в сторону фронта, но прежде …зайти в Краснодон к родителям…". (Левашов В. И.
О моих друзьях-молодогвардейцах. - Неопубликованная рукопись. С. 32).

5 сентября 1942 года Василий вернулся в Краснодон. Здесь вместе с товарищами он создаёт
подпольную группу для борьбы с фашистами. И 30 сентября был образован штаб подполья: «…
распределили между собой обязанности: комиссаром утвердили Виктора Третьякевича,
начальником штаба - Ивана Земнухова, ответственным за информацию - Георгия Арутюнянца.
Мне поручили сформировать центральную группу. На следующем заседании ответственным за
безопасность утвердили Олега Кошевого. Сергей Тюленин уже был руководителем своей группы.
Несколько позже к ним присоединился ещё один член штаба - Иван Туркенич". (Левашов В. И.
Найди себя в строю флотском, - Пушкин, 1996. С. 28 - 29).
Из этого видно, что Василий Левашов в 1996 году опровергает версию о канонизированном
составе штаба. Он называет ещё одним членом штаба Георгия Арутюнянца, но не называет его
членами Ульяну Громову и Любу Шевцову. (То же самое он говорил и в личной беседе: Уля и
Люба были замечательными девушками, но членами штаба они не были). (Из личной беседы В.
И. Левашова с автором 23 февраля 2000 года).
Мы не видим и слов "член штаба", относящихся к Сергею Тюленину. А вот что написано в
документе, хранящемся в РГАСПИ: "…Тюленин не был в штабе, но всегда присутствовал, так как
был руководителем самой боевой группы". (РГАСПИ. Ф. 1, оп. 53. д. 343., С. 52).
Ребята "собирали оружие, подрывали немецкие машины, сожгли биржу труда, резали
телефонные провода, расклеивали листовки, 7-го ноября вывесили красные флаги,
освобождали военнопленных …".( Туркенич И. Дни подполья. Отчет ЦК ВЛКСМ. - Архив музея
«Молодая гвардия», ф.1, д. 260. № 1360).
Василий Иванович принимал участие в разработке и выполнении почти всех операций. И,
наверное, не случайно ему было выдано временное комсомольское удостоверение за № 1.
"Молодая гвардия" была вездесуща. Из показаний бывшего заместителя начальника
краснодонской полиции В. Подтынного советским следственным органам: «Полиция
предпринимала все, чтобы напасть на след подпольщиков… Начальник окружной
жандармерии Ренатус… грозился всех нас расстрелять за бездеятельность… Немцы срочно
расширили штат полиции…».( Земнухов А. Глумление над памятью павших. // Вечерний Донецк. -
1999. - 17 октября).
1-е января 1943 года стало первым трагическим днем в истории «Молодой гвардии»: были
арестованы Иван Земнухов, Виктор Третьякевич и Евгений Мошков. Фашисты попали в самое
сердце организации. Из воспоминаний Левашова: «Мы верили, …что они никого не выдадут. Но
мало ли что может произойти в сложившихся условиях… (Левашов В. И. О моих
друзьях-молодогвардейцах. - Неопубликованная рукопись. С. 195).
Предложение Олега Кошевого о том, чтобы все подпольщики покинули город, было
принято."(Там же). Но, хотя всем молодогвардейцам сообщили о приказе штаба, большинство из
них его не выполнили. И почти все погибли. Спаслись лишь 12 человек. Одним из них был
Василий Левашов. Четверо же подпольщиков погибли в том же 1943 году.
Василий Иванович, однако, утверждал, что спасшихся было гораздо больше: «…в группу Ани
Соповой входили девушки, которых никто не знал. Мы с Витей Третьякевичем знали лишь
фамилию одной из них: Штоколова. Я неоднократно писал об этом в Краснодонский музей» (Из
личной беседы Левашова В. И. с автором 9 декабря 1999 г.).
Его слова подтверждаются архивными документами: «Не получили своих наград и те
молодогвардейцы (а их было около 50), которые после освобождения Краснодона сразу же
ушли на фронт…» (РГАСПИ.- ф. М-100, оп. 1, д. 34, л.20.)
Сам же Левашов после освобождения Донбасса ушёл на фронт. Из воспоминаний Василия
Ивановича: «…воевал здесь, освобождая Херсон, Николаев, Одессу, Кишинев. Освобождали
Варшаву, потом дальше Кюстрин штурмовали, потом Берлин. В общем, войну я закончил в
Берлине после его штурма".
И там, на фронте он вдруг узнал, что комиссаром "Молодой гвардии" назвали Олега Кошевого, а
Третьякевича объявили предателем.
Левашов награжден орденом Отечественной войны 1-ой степени, двумя орденами
Отечественной войны 2-ой степени, орденом Красной звезды, медалью «Партизану Великой
Отечественной войны» 2-ой степени", "За освобождение Варшавы", "За взятие Берлина" и
другими наградами. Он окончил Военно-политическую академию и через несколько лет получил
назначение в Петродворец в Высшее военно-морское училище радиоэлектроники им. Попова.
Неизмеримо большой труд проделан В.И. Левашовым по пропаганде подвига
молодогвардейцев среди молодежи.
На открытии мемориала «Непокоренные» в Краснодоне именно он зажег огонь славы и памяти
на вершине террикона у шурфа шахты № 5: «Он долго будет смотреть на колеблющиеся языки
пламени, которые высветят такие дорогие ему лица…». (Вернеева С. А роль была назначена
войной. - Донецк, 1986. - с. 132.)

Одна из самых больших заслуг Левашова состоит в том, что он всю жизнь рассказывал правду об истинном комиссаре «Молодой гвардии» Викторе Третьякевиче. Он не мог смириться с тем, что комиссаром подполья назвали Олега Кошевого, а Третьякевич был объявлен предателем. Вместе с молодогвардейцами Георгием Арутюнянцем и Анатолием Лопуховым он добился создания комиссии ЦК ВЛКСМ, в результате которой с Виктора было снято клеймо предателя. Однако Левашову так и не удалось увидеть мечту всей своей жизни: официальное признание Третьякевича комиссаром.
Василий Иванович Левашов, этот замечательный, очень скромный человек, верный товарищ и настоящий патриот ушёл из жизни 10 июля 2001 г.

____________________________________________________________

Из книги "Огонь памяти". Всю книгу читайте здесь

ВАСИЛИЙ ЛЕВАШОВ

Не жалуюсь на сердце я:
Пускай щемит, болит сильней!
Чужая радость мне - своя.
Чужая боль - своей больней.

Весь мир бы в сердце я взяла.
Костром горела б на ветру!
Лишь сердцем я всегда жила,
Пускай от сердца и умру...

Сильва Капутикян

Василий Иванович Левашов ушел от нас на 78-м году жизни. Судьба его интересна и
поучительна, хотя жизненная дорога не была гладкой. Он многое успел, многого достиг, не
избежал и неудач, разочарований. Были и трагические события, которые оставили глубокий
след в душе. Он тяжело пережил безвременную смерть своей жены, Нинель Дмитриевны. И
только близкие люди, дочь Мария, внучка Нелли, названная в честь бабушки, да работа и
искреннее участие друзей, близких и далеких знакомых - почитателей подвига
молодогвардейцев - помогли выжить, выстоять. Василий Иванович продолжал жить и работать в
Петродворце и лишь в последние годы, будучи на пенсии, подолгу находился в
Санкт-Петербурге, в семье дочери. Он умер 10 июля 2001 года. Хоронили с почестями, ибо
своей жизнью, делами он заслужил добрую память и уважение.
Но слава к нему пришла не сразу. Тогда, в 1943 году, скрывшись от преследований фашистов, он
ушел в Донецкую область, родную Амвросиевку, где родственники помогли ему пережить ещё
несколько месяцев оккупации. Только в августе сумел перейти линию фронта, а 20-го сентября
был зачислен рядовым пулемётной роты 1038 стрелкового попка 295 стрелковой дивизии. О
награждении молодогвардейцев узнал из газет. Своей фамилии в списках не обнаружил. Но
врождённая скромность, непритязательность не позволили ему обращаться с запросами и
ходатайствами.
Ошибка была исправлена намного позже, уже после войны, хотя официальный документ об
участии в подпольной борьбе он получил в декабре 1943 года. Вопрос же о его награждении
был пересмотрен лишь несколько лет спустя, а вручение медали состоялось еще позднее - 27
ноября 1948 года в Киеве, в здании Президиума Верховного Совета УССР. Это сделал лично
бывший командир партизанского соединения, действовавшего в Украине, С.А. Ковпак.
Не нашел своего имени Василий Левашов и на страницах романа "Молодая гвардия". И снова
посчитал излишним делать какие-либо заявления или опровержения, хотя впоследствии ему
неоднократно приходилось отвечать на "каверзный" вопрос: почему так произошло. "Конечно,
писатель, взявшись за такое произведение, должен был многое разузнать". И в то же время,
можно ли было все "разузнать", если подполье имело свои тайны и далеко не все, даже
участники, не говоря уже о родителях, соседях, друзьях, имели полную или хотя бы частичную
информацию. "Но, увы, до сих пор существует наивное житейское представление о "Молодой
гвардии". Считают, что кого ни спроси, все обо всем знают, будто какая-то круговая гласность
существовала. Этого и не могло даже быть". Именно по этой причине и Александр Фадеев не мог
знать досконально все. И писал он художественное произведение, а не подлинную историю.
Поэтому вины писателя нет никакой.
Но это было потом. А тогда обо всех этих перипетиях Василий просто ничего не знал. Он честно
выполнял свой воинский долг на фронте, проявляя мужество и отвагу и при форсировании
Днепра, и при освобождении Херсона, Николаева, Одессы. Здесь он получил первую боевую
награду.
Несколько месяцев учёбы на офицерских курсах (занятия проходили в прифронтовой зоне) и в
августе 1944 года в звании младшего лейтенанта Василий Левашов возвращается в свою часть.
Он назначен комсоргом батальона, а в январе следующего года, получив уже лейтенантские
погоны, - комсоргом попка. В это время шли ожесточённые бои на польской земле. Затем
подступы к Берлину и, наконец, Берлин. К концу войны В. Левашов был представлен к четырём
боевым орденам и трём медалям.
В послевоенные годы Василий Иванович избрал военную карьеру. Учеба, затем служба на
кораблях Черноморского и Балтийского флотов, преподавательская работа в Высшем
военно-морском училище радиоэлектроники имени А.С.Попова в Ленинграде (Петродворце) -
таков послужной список капитана 1 ранга доцента В.И. Левашова.
Его служба была безупречной. И не только награды, но и признательность курсантов, добрые
отзывы сослуживцев - свидетельство тому. В нем видели не просто талантливого преподавателя,
но и доброго бескорыстного порядочного человека, овеянного славой "Молодой гвардии" героя,
почетного ветерана Великой Отечественной войны. Его прекрасно знали не только в городе и
родном военном ведомстве. Имя Василия Ивановича было хорошо известно во всех уголках
нашей Родины и за ее пределами. Он был желанным гостем всюду. Всем импонировала его
скромность, доброжелательность. Его выступления аудитория принимала восторженно,
аплодисментами. Когда он начинал говорить, в зале воцарялась абсолютная тишина, слышен
был лишь его негромкий спокойный голос. Василий Иванович рассказывал о подполье. Очень
мало о себе. В основном о других - своих друзьях-молодогвардейцах. Для него было важно
сказать о каждом слово правды.
Следуя его правилам, мы сделаем то же. Но это будет лишь небольшая толика того, что говорил,
писал сам участник "Молодой гвардии". Приводим отрывки из его выступлений, публикаций,
интервью.

"МНЕ ДОЛГО СНИЛИСЬ МОИ ДРУЗЬЯ-МОЛОДОГВАРДЕЙЦЫ"

БЕСЕДА В РЕДАКЦИИ ЛЕНИНГРАДСКОЙ ГАЗЕТЫ "СМЕНА"

Василий Иванович Левашов отвечает на вопросы бойцов ленинградских студенческих
строительных отрядов.
- Каждому человеку свойственно чувство самосохранения, страха смерти. Как Вы преодолевали
его?
- Да, это чувство присуще всем. И нам тоже было страшно умирать в самом начале жизни. Надо
уметь собрать всю силу воли и подавить это чувство. Даже в самое трудное время мы шутили,
смеялись. По собственному опыту могу сказать: даже преодолевая самую простую лень, человек
уже начинает свою победу над страхом...
- Каковы главные черты характера военного подпольщика?
- Почти все человеческие качества свойственны и подпольщику. Поэтому я лучше скажу, каких
качеств у него никогда не должно быть. Это трусость и болтливость.
- Ваша самая дорогая награда?
- Один наш товарищ по организации, Виктор Третьякевич, был оклеветан фашистами, чтобы
скрыть настоящего предателя. Витя был моим другом, и я никогда не верил, что он - предатель.
Мы, оставшиеся в живых молодогвардейцы, обратились в Центральный Комитет ВЛКСМ с
просьбой реабилитировать Виктора. В 1960 году вышел Указ Президиума Верховного Совета
СССР о награждении (посмертно) Виктора Третьякевича орденом Отечественной войны 1
степени. То, что было восстановлено доброе имя моего друга, я считаю самой дорогой наградой.

ИНТЕРВЬЮ КОРРЕСПОНДЕНТУ ГАЗЕТЫ "СМЕНА"

- Василий Иванович, а снится вам "Молодая гвардия"?
- Уже лет семь-восемь мне не снится война. А, бывало, снилась. Например, Сережка Тюленин,
вдруг позабывший в подполье свой довоенный жаргон, без которого прежде не мог обойтись,
будто не существовало для него нормального литературного языка. Он стал читать, чего прежде
за ним не замечалось. И ни одного дня в оккупированном Краснодоне не прожил он, хоть
чем-нибудь не подгадив фашистам.
Снилась Уля Громова, являвшаяся на заседание штаба непременно в сопровождении двух
телохранителей - Толи Попова и Виктора Петрова. Они не были членами штаба, но
присутствовали на заседаниях.
Снился мне и мой братишка Сергей, вместе с которым, как и с Любой Шевцовой, мы учились в
разведшколе, а потом были заброшены в тыл врага, попали в окружение и уже приготовили
личное оружие, чтобы застрелиться, но с боем прорвались и потом пришли в Краснодон...
Молодогвардейское время - всего несколько месяцев подпольной войны - стало для меня
особой меркой в жизни: меркой любви и ненависти, чистоты и подлости, долгой памяти и
скорого забвения. Между этими полюсами находится человек всю жизнь. И от того, какой из них
притянет его к себе, зависит, станет ли он Человеком.

ИЗ БЕСЕДЫ С ПИСАТЕЛЕМ ВАДИМОМ КОЖЕВНИКОВЫМ

В. КОЖЕВНИКОВ. И все-таки подполье. И все-таки борьба. И все-таки риск. Так?
В. ЛЕВАШОВ. Краснодон - это была война. В сорок втором году я вернулся сюда, где учился и
вырос, где чуть-чуть не успел закончить школу. Город был уже оккупирован, и то, что враг был
рядом с нами, да что там, рядом - здесь же, в нашем городе, в наших домах! - все это торопило
нас, заставляло действовать немедленно, не сидеть, сложа руки, не ждать. Мы искали верное
решение, единственно верное: или перейти линию фронта, или уйти к партизанам, или же
самим создать подпольную организацию, которая бы действовала прямо под носом у фашистов.
Как вы знаете, победил третий вариант... Ваня Земнухов, Уля Громова, Олег Кошевой и другие
пытались уйти из Краснодона еще до оккупации, но не успели и, конечно же, не могли
оставаться бездеятельными. Я был очень рад, что, вернувшись, встретил их - моих давних
школьных товарищей. Нас столько связывало, что доверяли мы друг другу безоговорочно...
В. КОЖЕВНИКОВ. Разве вы не рисковали с самого начала, создавая подпольную организацию,
вы, мальчишки и девчонки, у которых не было никакого опыта подпольной борьбы? Рисковали,
еще как рисковали! Но как иначе вы могли поступить? Сидеть сложа руки, размышляя трезво и
разумно: а стоит ли рисковать? А не провалимся ли мы?
В. ЛЕВАШОВ. Мы твердо знали: если мы начнем активную борьбу с оккупантами, то вполне
возможен и провал. Да, мы знали, что такое гестапо, представляли весь ужас пыток, но это не
могло нас остановить. И не потому, что мы все поголовно были героями. Какие герои?
Обыкновенные ребята...
В. КОЖЕВНИКОВ. В том-то все и дело, что обыкновенные. Те, для кого слова "патриотизм",
"любовь к Родине" с детства были чем-то естественным, если хотите, обычным. В этом истоки
ваших необычайных дел.
В. ЛЕВАШОВ. В "Молодой гвардии" боролись с фашистами мальчишки и девчонки, которые вчера
и не думали даже, что им придется взять в руки гранату, револьвер или автомат и - стрелять,
стрелять, стрелять...
Вы знаете, я не верю тем, кто якобы никогда не испытывал обыкновенного человеческого
страха. Страха перед пыткой. Страха перед провалом. Страха перед смертью, наконец. Был
страх, как же иначе. Днем еще ничего: дела, работа, суета. А вечером, ночью приходил страх,
особенно перед выполнением задания. Мы очень тщательно продумывали каждую операцию -
до мелочей, до секунд, старались предусмотреть любые неожиданности, ведь каждый на счету,
каждый - твой товарищ, и все же побаивались: и за себя и за других. Но показать страх - боже
упаси! Вероятно, со стороны могло бы показаться, что нет людей бесстрашнее нас, когда мы
шли на задание: подшучивали друг над другом, и что-то веселое из школьной жизни
вспоминали...
В. КОЖЕВНИКОВ. Вот это я и назову бесстрашием. Игра в войну для вас кончилась в июне сорок
первого, и началась война настоящая, которая точно обозначила, кто бесстрашен, а кто трус. Но
вы правы, и я в сверхгероев, так называемых суперменов, тоже не верю. И Матросов, и Гастелло,
и защитники Брестской крепости, и молодогвардейцы - люди отнюдь не железные. Но подвиг не
терпит длинных рассуждений. Когда командир поднимал роту в атаку, он не читал солдатам
лекций о долге, о смелости. Он просто кричал охрипшим голосом: "Вперед! За Родину!" - и люди
не ждали других слов, потому что все другие слова были лишними. Подвиг - это действие.
В. ЛЕВАШОВ. Когда мы уходили на операцию, группой или в одиночку, мы предполагали, что
можем не вернуться домой. Предполагали, но верили - и как верили! - что вернемся...
Мы в Краснодоне вовсе не думали, что кто-то из нас будет брать Берлин. Но мы верили в
грядущую победу и каждым своим шагом - от листовки до взрыва мины - приближали ее. Так это,
так... Потому что победа сложилась из битв под Сталинградом и на Курской дуге и из
ежедневных малых битв в Брянских лесах и в оккупированных деревнях - везде, как бы малы эти
битвы ни казались сегодня. Да и, пожалуй, нет малых битв, нет малых подвигов. И Матросов, и
Гастелло, и герои-панфиловцы шли на смерть, твердо зная: в сложившейся ситуации
необходимо нанести наибольший урон врагу. О себе они не думали, не прикидывали с холодной
логичностью: а стоит пи? Они боролись за победу, как бы далека она ни была. Так и учили, так и
воспитывали - в школе, в семье, в пионерских лагерях. Их, новых людей нового типа, воспитала
наша страна, во имя которой они жили и умерли.
Мы должны помнить их, своих героев. Всех. Поименно.
В. Кожевников. ...Старая истина гласит: забыть свое прошлое - значит предать будущее.

Журнал "Смена", 1976, №3.

"...И НЕМНОГО О СЕБЕ"

Весной 1942 года райком комсомола предложил группе моих товарищей и мне поступить на
курсы подготовки партизан и подпольщиков. Я помню день, это было в марте 1942 года, когда
мы, семь краснодонских ребят и девушек, ехали в Ворошиловград на учебу: ребята: Сергей
Левашов, мой двоюродный брат, Володя Загоруйко, Николай Рудов, тоже наш одноклассник,
Шелупахин и две девушки, с которыми нас познакомили в райотделе НКВД. Это были Люба
Шевцова и Шура Панченко. Добирались поездом до Ворошиловграда.
Наиболее яркое, что запомнилось в этом пути, это новая наша знакомая Люба Шевцова. Она
запомнилась тем, что умела быстро, очень легко сходиться с людьми, тем, что была очень
веселая, вела себя непринужденно, была с гитарой. Как-то сразу вокруг нее создалась
обстановка простоты, веселья. И мы в таком бодром веселом настроении не заметили, как
прошло время. На месте каждого из нас определили в учебную группу, началась учеба.
Учились мы не в самом Ворошиловграде, а примерно в 18 км от города, в бывшем доме отдыха
Лысая Гора на берегу Северского Донца. Прежде всего, мы изучали азбуку Морзе, овладевали
искусством принимать на слух и передавать зашифрованные радиограммы. Изучали
радиоаппаратуру, специально предназначенную для использования в партизанских отрядах и
для подпольных организаций. Обучались стрельбе из оружия советского производства и
трофейного. Учили нас подрывному делу, умению побеждать в схватке с противником,
ориентироваться на местности, как в дневное, так и в ночное время. В общем, всему тому, что
требовалось на войне партизанам прежде всего.
Так незаметно прошло время. В группу досрочно выпускаемых курсантов попали Сергей
Левашов и я. Получили радиостанцию, оружие, все, что было необходимо для заброски в тыл
противника. Но заброска несколько задерживалась. Мы прибыли в Воронеж, где находилась
база. Какое-то время ждали, когда в намеченный для наших действий район будет самолет. Но
началось наступление фашистских войск, фронт приблизился к городу, и база была переведена
в район Сталинграда. Заброска в фашистский тыл производилась с аэродрома в городе
Средняя Ахтуба за Волгой.
23 августа вечером, когда уже стемнело, наша группа была посажена в самолет ЛИ-2, начался
наш полет над территорией, занятой врагом. Летели на большой высоте. Пересекли линию
фронта. В районе Харьковской области выпрыгнули с парашютами ночью. Ветром нас рассеяло,
поэтому собирались где-то около часа. Затем под командованием нашего старшего товарища
группа начала действовать. Сергей Левашов и я были радистами. Наша главная задача
заключалась в том, чтобы обеспечить связь с центром. И на следующий же день передали
зашифрованную радиограмму.
Мы продвигались к району, где должна протекать деятельность нашей группы. Попутно
разведчики собирали информацию. А мы с Сергеем зашифровывали сведения и передавали в
центр. Однажды ушел на разведку и мой брат Сергей. Долго их не было, мы уже стали
волноваться. Но все вокруг было тихо, ни одного выстрела. Наконец, перед рассветом ребята
возвратились и приволокли с собой охранника, обезоруженного, со связанными за спиной
руками. От него мы получили определенные данные, точно установили, где находимся. А после
того, как с ним покончили, отправились дальше по маршруту, который знал только командир.
Однажды нашу группу постигло несчастье. После того, как мы почти целые сутки провели, не
имея ни капли воды, командир и еще двое товарищей ушли с тем, чтобы добыть воду. Ушли и не
вернулись. По ситуации, которая дальше складывалась, мы поняли, что их схватили. Потом
участок подстанции, где мы скрывались, был окружен. Мы уже слышали немецкую речь, русские
слова предателей: предлагали нам сдаваться. Они думали, что мы так просто бросим оружие и
поднимем руки. А мы только что закончили сеанс связи и услышали голоса, которые давали
основание предполагать, что группа окружена и дальше предстояло предпринимать какие-то
шаги. Мы сидели, не выдавая места своего нахождения. Как только наступили сумерки, начали
действовать. Бросили гранаты в группу, которая приближалась к нам. Раздались крики, стоны,
значит, наши гранаты достигли цели. Мы стали уходить, выполняя команду старшего из
оставшихся - коммуниста Полякова. Я отходил последним, т.к. нужно было подорвать
радиостанцию. Из окружения мы все же вышли. Но в темноте потеряли Сергея Левашова, были
убеждены, что Сергей попал в лапы фашистов.
После того, что произошло, нам надо было переходить на новое положение, так как действовать
в таком составе без радиостанции, без командира, конечно, было невозможно, потому что все,
связанное с действием нашей группы, было известно только командиру. Поэтому Поляков и дал
команду: спустя какое-то время поступать, кто как сможет. То ли присоединиться к партизанам
или подпольщикам, или же возвратиться к линии фронта, попытаться перейти ее. Так
постепенно перешли мы на положение нелегальное и добирались, кому куда было удобно. Я
решил идти в Краснодон.
Места, о которых я рассказываю, были сравнительно недалеко. Я имею в виду Красный Лиман, в
том районе мы действовали, и Славянск. Через несколько дней мне удалось благополучно
добраться до родного города, занятого фашистами. Многое передумал, многое пережил.
Волновала и судьба моих родителей, друзей, товарищей. Нужно было искать пути дальнейшего
действия. И вот, наконец, я на окраине города. Входил в него со стороны поселка Краснодона.
Первое, что бросилось в глаза: город как бы замер, хотя жители были на месте. Здесь не
действовал водопровод, не было электричества, почти разграблены все магазины. То есть,
каждый не жил, а существовал, как только мог. Узнал, что тремя днями раньше в Краснодон
возвратился Сергей.

КРАТКИЕ БИОГРАФИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ

В.И. Левашов родился 24 июня 1924 года в городе Амвросиевке Донецкой области.
1931 г. - семья переехала в Краснодон.
1932 -1942 гг. - учёба в средней школе №1 имени Горького. Апрель 1942 г. - краснодонским
райкомом комсомола направлен на учёбу в Ворошиловградскую школу подготовки партизан и
подпольщиков. Выполнял спецзадание в тылу врага.
Сентябрь 1942 г. - январь 1943 г. - участие в подпольной комсомольской организации "Молодая
гвардия".
Сентябрь 1943 г. - май 1945 г. - на фронте.
Август 1945 г. - 1947 г. - учёба на курсах при Ленинградском военно-морском политическом
училище.
1947-1949 гг. - служба на Черноморском флоте: комсорг крейсера "Ворошилов", старший
лейтенант.
1949-1953 гг. - слушатель Военно-политической академии имени Ленина в Москве.
1953-1958 гг, - служба на кораблях Балтийского флота: заместитель командира эсминца
"Стойкий", затем крейсера "Свердлов" по политической части.
Январь 1959 г. - ноябрь 1960 г. - заместитель начальника факультета по политчасти Балтийского
высшего военно-морского училища в Калининграде.
С ноября 1960 г. - работа в Высшем военно-морском училище радио-электроники имени А.С.
Попова.
10 июля 2001 года умер. Похоронен 13 июля в городе Петродворце.

ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ

Василий Иванович Левашов был награжден ОРДЕНАМИ:

Красной звезды - за участие в освобождении Херсона. Указ Президиума Верховного Совета
СССР от 29 марта 1944года.

Отечественной войны 2-й степени - за освобождение Варшавы. Указ от 8 марта 1945 года.

Отечественной войны 2-й степени - за участие во взятии Кюстрина. Указ от 3 апреля 1945 года.

Отечественной войны 1-степени-за взятие Берлина. Указ от 1 мая 1945 года.

МЕДАЛЯМИ:

"За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг." Указ от 9 мая 1945
года.

"За освобождение Варшавы". Указ от 9 июня 1945 года.

"За взятие Берлина 2 мая 1945 года". Указ от 9 июня 1945 года.

"Партизану Отечественной войны" 2-й степени. Приказ Украинского штаба партизанского
движения от 8 мая 1947 года.

"За боевые заслуги". Указ от 5 ноября 1954 года.

"За безупречную службу" 2-й и 1-й степени. Приказы Министра Обороны СССР от 11 января
1960 и 22 января 1964 гг.

"За воинскую доблесть". 10 апреля 1970 года.

"Победа и свобода 1945 года". Постановление Правительства Польской Народной Республики
от 10 сентября 1973 года.

В ПОСЛЕДНИЙ ПУТЬ

Смерть всегда жестока. Вот и сейчас забрала она человека, которого любили все, знавшие его.
Скорбный день прощания: тихо звучит траурная мелодия под сводами актового зала Высшего
военно-морского училища радиоэлектроники имени Попова в Петродворце.
Люди несут и несут цветы, прощаются с дорогим человеком. Многие не могут, да и не хотят
сдерживать слезы. Здесь те, с кем он служил, работал, соседи, друзья, представители городских
властей, Российской коммунистической партии, Трудовой партии России, школьного музея
"Молодая гвардия" школы-интерната N49, корреспонденты газет и Российского телевидения
(РТР) Северо-Западного региона.
В почетном карауле стоят друзья - ветераны и курсанты училища. Их товарищи медленно
проходят, прощаясь с Левашовым. Время от времени из строя выходит один из курсантов и,
положив цветы, преклоняет колено, отдавая дань памяти дорогому человеку. И звучит, звучит
скорбная музыка.
Похоронили Василия Ивановича в Петродворце, рядом с любимой женой. Природа тоже
плакала: как только машины прибыли на кладбище, внезапно попил дождь, прекратившийся,
когда началось прощание. Было много желающих сказать хорошие слова - всех не перечислить.
Скажу лишь, что муниципалитет Петродворца решил установить мемориальную доску на доме,
где жил Василий Иванович Левашов.
Дождь полип снова, когда гроб опустили в землю, и каждый из присутствующих бросил туда
горсть земли.
Но раздавшиеся залпы оружейного салюта как будто разогнали тучи, и выглянуло солнце, чтобы
увидеть, как, отдавая последнюю честь молодогвардейцу, капитану 1 ранга и просто
замечательному человеку Василию Ивановичу Левашову, стройными рядами под гимн России
проходят курсанты училища имени Попова.

Алена Дружинина, студентка, г. Санкт-Петербург (Петродворец).

_________________________________________________________

Невское время № 93 - 25 мая 2000

* * *

С погодой мне в тот день не повезло. Было облачно, дул ветер, а под ногами хрустела
подмерзшая глина. Я немного заблудилась и никак не могла найти нужный дом. Встречные
показывали в разные стороны, даже предполагали, что дом № 22 находится на нечетной
стороне. Странно: никто не знает даже собственный квартал, а ведь я надеялась, что
достаточно будет спросить: "Как пройти к дому Левашова Василия Ивановича, последнего
молодогвардейца?" - и мне укажут на здание в глубине двора. Ведь номера нужны только на
почте, а человеческая память любит героев. Должна любить.
Хотя тогда, полвека назад, ни Левашов, ни его товарищи героями себя не считали. Война
началась, когда Василий Иванович закончил 9-й класс. Нескольких школьников, а также
Василия Левашова и его двоюродного брата Сергея через райком комсомола отобрали в
разведшколу. Они были распределены в одну разведгруппу и самолетом доставлены на линию
фронта. Летом 1942 года немцы наступали стремительно. В период одной и той же военной
кампании попал в кольцо небольшой отряд Левашова и был оккупирован Краснодон. Молодые
разведчики смогли вырваться из окружения и добрались до города.
История "Молодой гвардии" многим известна: ее описал в своем романе Фадеев. Но мне
довелось услышать о ней от участника движения. А ведь слова очевидца - это недолговечное, но
самое надежное свидетельство. Василий Иванович Левашов сидит на старом диване в квартире
своей дочери Марии Васильевны и смотрит в прошлое.
"Молодая гвардия" очень скоро сосредоточила свою деятельность на трех направлениях: в
листовках распространяли получаемую по радио информацию о событиях на фронте,
препятствовали восстановлению шахт Донбасса и освобождали пленных. Одно из ярких
воспоминаний Левашова: в только что восстановленную шахту, круша все по пути, летит
преследуемый шлейфом подпиленного каната подъемник. Они не дали вывезти ни тонны угля,
но защитить самих себя от вербовки в Германию оказалось сложнее. Гром грянул, когда Олег
Кошевой, руководитель "Молодой гвардии", получил повестку для отправки в Германию.
Альтернативой высылки была работа в клубе по фашистской пропаганде. Круг замкнулся:
именно отсюда начнет распутываться узел конспирации. После ареста первых
молодогвардейцев еще оставалась надежда сохранить тайну.
Дальше Левашов отрывисто, будто превозмогая немыслимую боль, произносит, а я торопливо,
не соблюдая строк, отмечаю в блокноте: "Решили покинуть Краснодон до ареста". Никто не хотел
уходить: боялись за родных... Никакого сопротивления... И ниже: пытки.
Самого Левашова двоюродный брат Сергей проводил до поселка Кутейниково, где Василий
Иванович жил до июля. Ему случилось воевать на 3-м и 4-м Украинских и 1-м Белорусском
фронтах. В составе 5-й ударной армии дошел он до Берлина. Война для Василия Ивановича
Левашова закончилась 2 мая 1945 года с капитуляцией Германии.
Левашов долгое время преподавал в училище радиоэлектроники им. Попова. В музее училища
есть рассказ и о нем, о его роли в "Молодой гвардии". Из похода по Европе привез Василий
Иванович гордость победы над таким сильным врагом и желание возродить свою страну.

Евгения ???

_______________________________________________________________________________

Журнал "Вожатый"

Ирина ГЕРО

Они настоящие и живые

ОНИ ШЛИ ночами, как и полагалось диверсионно-разведывательной группе. Кругом были степи,
и лишь изредка, островками, попадались небольшие рощицы - их убежище днем. Летом 1942
года стояла засушливая жара. Ручейки и маленькие речушки высохли. Вода была только в
деревенских колодцах. Но к ним не добраться: в селах стояли враги. Несколько суток без воды
измучили людей. И во время очередного перехода они не успели дойти до леска. Утро застало
их в поле подсолнечников. Связались по рации со своими и, даже не убрав антенну, уснули
тяжелым, больным сном.
А командир и комиссар пошли добывать воду.
Все они были страшно молоды: Вася Левашов закончил девятый класс, когда началась война, и
десятый, когда немцы оккупировали Краснодон. В разведшколе он учился вместе с Любкой
Шевцовой и Сергеем Левашовым, своим двоюродным братом. Они были всего на год старше его.
...Вдруг как будто что-то толкнуло в бок. Вскочил. Солнце клонилось к закату - командира и
комиссара все еще не было. От тревоги тоскливо заныло под ложечкой. И тут с краев поля
донеслись звуки немецкой речи.
К ним приближались со всех сторон. Не убежать! «Стреляться!» - всплыла фраза из инструкции
для разведчиков. И холодное дуло, как бы без участия руки, потянулось к вспотевшему виску...
Но нашелся Он. Так бывает. И взял их жизни в свой кулак. И кулак этот сделал одно движение,
которое поняли мгновенно и сразу сердцем: «Отставить стреляться!»
Надо ждать... Ближе, еще ближе, громче голоса... Но солнце уже скрылось за горизонтом! Но
уже надвигается   спасительная   ночь!
Потом был Краснодон и война - много разного, но вот эта неотвратимость, неизбежность гибели,
к которой человек никогда не бывает готов, - она запомнилась больше всего.
...Безмолвная команда... Взрывы гранат... И - туда, к чернеющей полоске леса, который
прикроет, спасет.
Спас. Судьба как будто берегла Василия Левашова. Чудом спасла тогда, в подсолнухах, и потом,
в Краснодоне, когда из семидесяти членов «Молодой гвардии» пятьдесят девять погибли. И всю
войну, которую он провоевал комсоргом, сначала роты, а после батальона. Два с половиной года
поднимался первым из окопов - и ни одной царапины.
Берегла, чтобы не забыли Ваню Земнухова, Улю Громову, Любу Шевцову, Сережу Тюленина...
Они были, они жили и боролись. Какие чувства и идеи дали им силы выдержать, не сдаться?
Какие они были бы сейчас? Он один из них. Он может ответить.
ЖИЗНЬ ЕГО - не только память. Она - то горнило, в котором испытываются идеалы, черты
характера, которые создали подвиг. Испытываются буднями, мелочами, взрослением и
старением.
Я смотрю на этого седого, но еще статного человека, приветливого и сдержанного до
замкнутости, и думаю: а ведь и правда, бывает сложнее прожить честную жизнь, чем совершить
подвиг. Многое можно было бы простить себе: списать на время, прикрыться славой - Героя   не
посмели бы упрекнуть.
- Мы жили очень скромно. А могли быть, наверное, и у нас машина, ковры, хрусталь... Не было.
Потому что не было нужно нам это. Зато было много друзей. Хорошо помню, как часто у нас
собирались интересные, хорошие люди.
Это его дочь, Мария Васильевна (теперь Половьева), говорит. Сама она выросла в другое
время, более безопасное, что ли. И для нее вполне естественно вступаться за обиженных,
спорить с начальством. «Что тебе, больше всех надо?» - удивляются вокруг привычной
присказкой. Да нет, вроде не больше. Только что-то горит внутри - невозможно промолчать. Хоть
и попадало уже.
Подвиг отца и дочь заставляет силы отдавать борьбе, теперь против другого зла -
несправедливости. А для борьбы нужно быть не только неравнодушным, но и неленивым. Чтобы
переживания не остались всего лишь благими намерениями.
Краснодон и сейчас небольшой городок. А до войны там дома были как в деревне, с участком
земли,   с дворовыми   пристройками   для скотины. Да еще клочок земли за городом, в поле... В
три года обязанность Васи - собирать каждое утро куриные яйца в корзиночку. А в пять...
Он часто вспоминает это...
Сидят за партами ребята. За окном сырые ленинградские сумерки. У них полные портфели
домашних заданий, и завтра Вера Борисовна вызовет по географии. И не увидеть и не
представить им того, что видит сейчас этот седой ветеран: знойный украинский полдень и он,
пятилетний малыш, ползет по грядке, аккуратно выпалывая сорняки и отбиваясь   от слепней и
мух. Соленый пот щекочет по носу, попадает на губы. Облизнул, и еще сильнее хочется пить.
Разве можно представить себе этого старика пятилетним мальчишкой? Да и вообще, разве,
были они когда-то маленькими, эти взрослые?
Приходят молодые ребята в военно-морское училище, в котором преподает капитан 1-го ранга
В. И. Левашов, и нужно учить почти всех заново этой простой ответственности за каждый свой
шаг, этому «простому» умению доводить дело до конца, не отчаиваясь, когда не получается с
третьего, четвертого, пятого раза. И им приходится преодолевать себя, ломать, у них не вошло
это в плоть и кровь с того возраста, когда человек еще не очень помнит себя.
...Слава испытывает уже третье поколение Левашовых.
Маша Левашова училась в восьмом классе, когда учителя узнали, что папа ее -
герой-молодогвардеец. Он выступал в школе по просьбе райкома партии.
Внучка Неллечка восторженно гордится дедом. Во время XX съезда комсомола искала в газетах
его портрет - гость съезда! Но уже тоже начинает понимать - слава не только юбилейные
поздравления. И старается учиться на круглые пятерки.
Почему-то дома никогда не говорили о подвигах «Молодой гвардии». Дочь, а теперь и внучка
только читали о них в романе или слышали от деда на выступлениях в школе. Скромность?
Конечно, и это тоже исконно левашовская черта. Он, офицер-моряк, никогда не гнушался
помогать маме по хозяйству. Он, капитан первого ранга, не считал для себя зазорным помогать
дочери, когда только что родилась внучка. Бабушки тогда уже не стало.
И все-таки - почему? Было, наверное, еще и здравое понимание жизни: смешно и стыдно жить
постоянно старым капиталом, еже-дневно кичиться тем, что сделал когда-то хорошего, честного.
Оно было частью его естественной нормальной жизни - по-другому он не мог.
- Роман Александра Фадеева показал главное, наверное, свойство нашего поколения: все, что
мы делали, все это было единым подъемом чувств. Мы действительно не могли иначе. Вся
жизнь довоенная нас, комсомольцев тридцатых и сороковых годов, воспитала непримиримыми
врагами фашизма и защитниками Советской власти. Фадеев сумел это понять в нас и ярко
показать. Я и сам перечитываю частенько роман, и ребята встают как живые.
Ваня Земнухов. Он был первым моим комсоргом. Я не просто помню или вспоминаю его, -
сейчас я уже понимаю, как сильно он повлиял на меня, на мое представление о том, каким
может и должен быть комсомолец. Он всегда был очень внимательным, доброжелательным,
никогда ни на кого не сердился, не раздражался, не обижался. Он не был шумным
организатором, скорее вдумчивым товарищем, всегда готовым помочь. И, конечно, все мы очень
гордились тем, что наш Ваня пишет стихи. Читали их на школьных вечерах. Помню, даже своим
пионерам, когда был вожатым, читал его стихи. И сейчас читаю иногда то, что у меня
сохранилось.
Вообще годы те помню очень ярко. И то, как ставили с пионерами пьески про войну в Испании,
про гражданскую войну, как гоняли с ними в футбол. И вот надо же - было такое - жалели, что
зрение хорошее: хотелось так же, как Ваня Земнухов, носить очки и уж совсем походить на него!
Александр Александрович Фадеев проделал большую работу, чтобы роман стал документом:
встречался, по многу раз с родными, родителями погибших, с оставшимися в живых, изучил все
обнаруженные архивы гестапо. И все-таки роман «Молодая гвардия» - произведение
художественное, и, естественно, в него не могло вместиться все, что было в жизни: истории,
ситуации, подробности разговоров и взаимоотношений. Не могли стать литературными героями
и все члены подпольной организации Краснодона. С течением времени обнаруживались новые
немецкие архивы, разыскивались люди, открывались все новые факты деятельности и гибели
«Молодой гвардии». Некоторые факты даже вступали в противоречие с текстом книги, что и
вызвало вторую редакцию романа...
Историю борьбы за доброе имя Виктора Третьякевича, которого поначалу считали предателем,
помнит даже дочь Василия Ивановича - Мария Васильевна. Как раз тогда в доме было
непривычно много разговоров, писем, поездок, связанных с «Молодой гвардией».
- Мы с самого начала не верили, что Виктор предатель. Все, кто его знал.
- Василий   Иванович, как вы думаете - если бы сейчас Александр Фадеев   писал роман, он
изменил бы что-то, расставил новые акценты, может быть, на что-то обратил бы больше
внимания?
- Думаю, что он вообще написал бы роман по-другому. Сейчас такое время,   когда всем хочется
знать глубинные причины того,   что происходит или происходило, понять их, объяснить. Для
нас, нашего поколения, всегда, например, была болью и загадкой мысль - почему после
двадцати с лишним лет Советской власти нашлись люди, которые пошли служить оккупантам.
Может   быть, виновата сложная предвоенная обстановка в стране... А может быть, еще не
изжитое потребительское   отношение   к   жизни: были ведь и нашего возраста ребята, даже
комсомольцы, которые, как сын   бургомистра   Стаценко,   говорили:   «А мне и при этой
власти   неплохо». Прямо так и   говорили! Конечно,   его мы и не пытались вовлечь в
организацию, ни во что не посвящали.   Презирали. Но он был нам нужен как прикрытие,
поэтому «дружили».
Часто ли приходится выступать? Часто. И хотя ребята сейчас другие, не такие, какими были мы,
чувствую, что трагедию «Молодой гвардии» они и сейчас воспринимают как свою. Стараюсь не
повторять книгу, рассказывать о том, что не   вошло в нее. Рассказываю - и вдруг сам начинаю
понимать такое, о чем раньше не думал или только смутно догадывался. Вдруг получаю письмо
с просьбой: «Помогите создать подпольную организацию». Вечно мальчишек всякие тайны
привлекают. Смешно, конечно, читать такое письмо. А с другой стороны, если вспомнить, нас
тоже увлекала романтика подполья. И цели были настоящие, и борьба настоящая, с настоящим
врагом, а вот доля игры все же была. Может быть, она-то и привела к почти открытой борьбе,
даже к некоторой бесшабашности. А тут мы еще узнали, что наши войска наступают, и совсем
почти перестали таиться.
...После войны Василий Левашов с товарищем, тоже моряком и тоже молодогвардейцем,
решили навестить всех родителей погибших друзей. Холодела спина, когда поднимались на
крыльцо. Холодела от пронзительного чувства вины: «Я жив». А их нет. Этот отпуск был
испытанием пострашнее многих военных передряг.
И ВОТ в пионерском лагере ЦК ЛКСМ Украины «Молодая гвардия» или в «Артеке» идет по
дорожке офицер-моряк. Чуть щурится на солнце. А за спиной его пробегает шепоток: «Это тот
самый - молодогвардеец». И замедлит бег спешащий куда-то мальчишка, и вдруг ощутит горячо и
удивленно: а ведь те, о ком он читал, - были. Как этот моряк. Они не выдумка писателя Фадеева,
они - настоящие. И живые.

В начало страницы

_______________________________________________________________________________

Сайт Алёны Дружининой, 2005-2012