Молдавия

Теплым осенним вечером трое парней-рыболовов сидели на берегу Днестра.
- Смотри, фрица не поймай, - мрачно сострил один.
- Кончай болтать. Слушайте, ребята, неужели будем спокойно смотреть, как эти гады бесчинствуют?
- А что делать?
- Поговорим с надежными ребятами: с Булатом, Кумпэтэ, Войцикевичем, Григелем. Бороться будем.
Валя Шлягун дернул удилище, и в лучах вечернего солнца блеснула чешуей золотистая рыбка.
- А дальше что? Как эту рыбку - на крючок да в сигуранцу? (румынская полиция)
- Но ведь и так сидеть нельзя.
- Нельзя, - согласился Валентин.
- Я думаю, надо связаться с партизанами, - сказал Обуховский.
Не раз после этого разговора ребята переправлялись через Днестр, ходили по всем, на их взгляд, потайным местам, но партизан не находили. Спрашивать опасно: а вдруг выдадут? Решили действовать сами.
Осенью 1941 года в доме у Александра Кумпэтэ состоялось первое собрание. Группа ребят: Обуховский, Шлягун, Григель, Булат, Кумпэтэ - поклялась, не щадя жизни, бороться против оккупантов.
- Что же мы будем делать? - спросил кто-то.
- Выпускать листовки, собирать оружие, - ответил Булат.
И вот юноши, совершенно незнакомые с конспирацией подпольщиков, слабо представляв- шие задачи своей организации, начали борьбу.
Однажды утром жители увидели на заборах лозунги: «Долой немецко-румынских оккупантов!», «Да здравствует Красная Армия!» Суетившиеся полицаи старались их смыть.
А стены сельскохозяйственного лицея оказались так усердно расписаны коммунистическими лозунгами, что директор, господин Войня, боясь, как бы не заподозрили его самого, побежал в полицию.
- Ищи коммунистов, прежде всего, у себя, - сказали ему.
В старших классах лицея провели диктант. Писали печатными буквами. А потом полиция устроила обыск у тех, кто находился на подозрении. У Иона Вражмашу нашли запрещенную литературу - брошюру В. И. Ленина «Насущные задачи нашего движения» и другие советские книги.
Сколько ни колотили парнишку, он все твердил, что эти книги подобрал на улице и хотел продать мужикам на цигарки. Справились в лицее - отличник. Так и отпустили, поручив одному из учителей - агенту полиции Бонку - следить за ним и его компанией.
Первая неудача многому научила ребят. Прежде всего, осторожности. Хорошо, что Ион сумел обвести сигуранцу, а то и сам бы погиб и дело пропало. Снова тайно собрались вечером.
- Вот что, - начал Георге Булат, - так дело не пойдет. Прежде всего, железная дисциплина. Неподчинение и самовольничание будем считать предательством. Условимся так. У румынского офицера Николая Рогожина, что квартирует в нашем дворе, есть приемник. Может, это и неправда, но мне кажется, он сочувствует нам: ведь он по национальности русский. Мне несколько раз удавалось слушать Москву, не раз Рогожин заставал меня у приемника и делал вид, что не замечает. Я буду узнавать о событиях на фронте, а потом мы начнем выпускать листовки...
В 1942 году, когда немцы были у Сталинграда, попы по приказанию властей отслужили молебен.
- Настал конец антихристам, - вещал поп с амвона.- Русские под Сталинградом разбиты.
И вдруг - листовки. «Не верьте оккупантам! Советские войска громят фашистов под Сталинградом, Победа будет за нами!»
Организация росла…Теперь одному человеку было уже трудно руководить всеми комсомольцами. Избрали комитет сначала из троих, потом из пяти человек. В него вошли: Булат, Войцикевич, Шлягун, Вражмашу, Витинский. В организацию входили теперь не только ученики сельскохозяйственного лицея. Вступили в нее Василе Фышкот, Антон Булат, молодые крестьяне из села Воронково, учащиеся Кокорозенской сельхозшколы Порфирий Исак, Николае Кожокару, Георге Згардан и Смион Гогу.
Разными путями приходила молодежь в ряды подпольщиков.
Тима Слоновский учился в сельскохозяйственном лицее вместе с Булатом, Вражмашу, Григелем. А в 1942 году стал телефонистом префектуры. Частенько юноша был свидетелем того, как префект отчитывал своих подчиненных за ротозейство:
- Под самым носом орудуют партизаны, мутят народ, а вы, как ослы, хлопаете ушами.
Юноша всей душой сочувствовал неизвестным героям. Он помог бы им, но где разыскать партизан, если даже сыщики бессильны?
Однажды вечером он пошел к Вражмашу и выложил ему все:
- Помоги мне установить связь с партизанами. Ведь через мои руки проходит много секретных сведений.
- Не знаю я никаких партизан, - отрезал Ион.
На другой день Вражмашу сообщил о своем разговоре Булату. Долго советовались ребята, как поступить. Если судить по поведению в лицее, парень свой, а с другой стороны, сотрудник префектуры.
После тщательной проверки решили принять его в свои ряды. И вот удивленный Тимофей Слоновский стоит перед «партизанами». Кругом товарищи. Неужели это они причиняют столько хлопот полиции? А он-то думал - старые дядьки с усами и бородами.
«Я, Тимофей Слоновский, вступая в подпольную комсомольскую организацию, - повторял юноша за секретарем комитета, - клянусь, не щадя сил и жизни, бороться за возвращение Советской власти. Обещаю выполнять все поручения организации...»
- Можете расстрелять меня на месте, если нарушу клятву, - с жаром закончил Тимофей.
- Получай задание: к 7 ноября надо выпустить листовку. Послушай сводку Совинформбюро и запомни. А мы потом сообщим о боях Красной Армии населению.
...Кабинет префекта. Выбрав подходящую минуту, Тимофей включил радиоприемник и стал слушать передачу из Москвы. За дверью послышались чьи-то шаги. Слоновский быстро выключил приемник и, как ни в чем не бывало, направился к выходу. В дверях стоял префект.
- Что ты здесь делаешь, негодяй?! - и ударил его по лицу.
- Я зашел к вам по делу... - оправдывался Тимофей.
- Если будешь лазить по чужим кабинетам, выгоню с работы!
«Первое задание - и сорвал, растяпа», - подумал Тимофей. Однако на другой день, 4 ноября, воспользовавшись отсутствием начальника, он снова пробрался в кабинет и послушал Москву. А 7 ноября 1942 года вышла листовка, посвященная двадцать пятой годовщине Октября. Задание выполнено!
Красная Армия успешно продвигалась на запад, освобождая город за городом, село за селом. Забеспокоились оккупанты и их прихвостни. В июле 1943 года в префектуру поступило секретное указание правительства Антонеску: ввиду приближения фронта подготовить к эвакуации имущество и население.
- Ребята, надо что-то делать, - докладывал вечером Слоновский. - Сам принимал шифрованную телефонограмму: эвакуация всего имущества и населения.
На следующий день вышла листовка, в которой раскрывались коварные планы оккупантов. «Не давайте немецко-румынским захватчикам увозить себя и свое добро!» - писалось в листовке.
Полиция была не на шутку обеспокоена. Это похуже листовок об успехах русских: ведь о существовании этого документа знали даже не все сотрудники префектуры.
Долго пытались узнать полицейские, кто передал подпольщикам шифрованную телефоно- грамму, но так и не смогли.
С приближением Красной Армии фашисты стали готовиться к обороне. Быстро возводились укрепления. Население выгоняли рыть окопы. В надежных местах создавались опорные пункты. Комсомольцы решили снять план военных укреплений города для оказания помощи советским войскам. Через несколько дней эта задача была выполнена.

* * *

- Я всегда верил, что мы не одни, - стискивал Володя Войцикевич в объятиях друга, Георге Булата.- Понимаешь? Есть еще одна организация. Там все взрослые, лучше нас знают, что к чему. Ох, и заварим теперь кашу! И оружие раздобудем.
- Перестань трещать. Расскажи лучше все по порядку.
- Зачем рассказывать? Я тебя вечером поведу к руководителю - Георге Гуменному. Он при Советской власти в НКВД работал. Понимаешь, что за человек?
Вечером состоялась встреча руководителей двух подпольных организаций. Булат рассказал о том, что они успели сделать, что собираются. Говорил о попытках связаться с партизанами, о том, что Валя Шлягун не раз переправлялся ради этого через Днестр, но так никого и не нашел. Ходили в лес собирать оружие, но нашли только несколько старых гранат да патроны, пытались купить пистолет, да чуть не попались.
- В общем-то, вы молодцы, ребята, - похвалил Гуменный. - Думаю, если сообща работать, лучше будет. По рукам?
- По рукам!
...Нужны ли списки? Иосиф Волковинский, член организации Гуменного, стал доказывать, что всякая организация только тогда бывает спаянной, дружной, когда оформлена по всем правилам.     - Кто мы такие? - спрашивал он. - Даже списка членов нет. Надо, чтобы каждый подал заявление о вступлении и даже платил членские взносы. Тогда он будет чувствовать ответственность.
Мнения разделились. Одни говорили, что это неправильно: в случае провала будут арестованы все. Другие поддерживали предложение Волковинского. В конце концов, Булату поручили собрать у всех заявления, составить список членов организации и хранить все это в надежном месте.
Иосиф Волковинский с первых же дней вызывался выполнять любые поручения.
- Смотри, какой хороший парень! - восхищались им товарищи.
Как-то Волковинский рассказал товарищам о своем плане. Он познакомился с русским парашютистом Ивановым, который специально отправлен в тыл врага для помощи подпольщикам. В ночь на 9 февраля по сигналу парашютиста около села Ежница с самолета будет сброшено оружие. Иванов перенесет его в заброшенное помещичье имение, что возле села.
10 февраля все соберутся там и получат оружие. Только пусть никто не отлучается из города. Когда он кончил, все посмотрели на Гуменного: неужели правда?
- Да, товарищи, это правда. Мы - Булат, Войцикевич, Волковинокий и я - встречались с русским парашютистом. Он действительно так сказал.
Разошлись по домам довольные. А в ночь на 10 февраля начались массовые аресты. Несколько полицейских машин одновременно выехали в разные концы города. Одна из них остановилась у квартиры Георге Булата. Постучали в дверь.
- Кого вам? - спросил отец.
- Открывайте немедленно. Именем закона!..
- Георге, сынок, беги скорей через окно. Полиция, - а сам пошел открывать.
Оттолкнув Митрофана Васильевича, полицейские ворвались в дом.
- Где сын?
- Еще не вернулся с гулянья.
- Что-то он у тебя в одних подштанниках гуляет, - язвительно заметил офицер, поднимая брюки сына, валявшиеся на полу. - Ускользнул, собака. Обыскать квартиру, - приказал он жандармам, - а ты марш вдогонку.
Георге бежал по заснеженной улице в нижнем белье к дому Григеля и усиленно жевал заявления, списки членов организации, которые успел захватить. Видя, что не съесть, порвал бумаги на мелкие кусочки и бросил по ветру: разлетятся. Только добежал до дома Владимира Григеля, а полицейские - следом. Схватили обоих друзей, связали и бросили в машину.
...Утром, когда тюремную камеру осветили скупые лучи солнца, проникшие сквозь зарешеченное оконце у потолка, ребята приуныли: большинство членов организации оказалось здесь. Остальных арестовали прямо на занятиях. Как их выследили, ведь до сих пор все было благополучно?
Спустя несколько дней к ним в камеру втолкнули окровавленного Порфирия Исака. Ребята переглянулись: пойманы все.
«А где же Волковинский? - думали они. - Уж не он ли предал?»
Начались допросы. На столе у полицейского лежал список всех членов организации.
Конвойные ввели Булата.
- Ну-с, голубчики, достукались? Ты, говорят, у них главным был? Рассказывай, как подбивал учеников против родины воевать?
- Я никого не подбивал и не знаю, почему оказался здесь.
- Не притворяйся дурачком, нам все известно. - И в подтверждение своих слов потряс списком. - Вот они все тут. Может, ты и с ними не знаком? - язвил полицейский. - И в глаза не видел Вражмашу, Шлягуна, Згардана, Илиеша? Может, и Григеля не знаешь?
- Знаю, учились вместе в лицее.
- Значит, ты не партизан?
- Нет.
- Сколько тебе лет?
- Девятнадцать.
- Такой молодой, а уже врешь. А Гуменный Георге знаком?
- Нет.
И так трое суток. Вызывали всех на допросы по нескольку раз в день. Били нещадно. Наконец устроили очную ставку Булата, Гуменного и Волковинского. Волковинский в их присутствии рассказал обо всех делах организации.

* * *

Галац. 7 апреля 1944 года. Идет военно-полевой суд.
- Люди, сидящие на этой скамье, - говорит прокурор, - политические преступники. Пользуясь отсутствием надзора со стороны полиции города Сорок, они создавали тайные организации и партизанские группы, угрожающие государственному порядку. Зная, что Румыния находится в состоянии войны с СССР и коммунистическая пропаганда запрещена, выпускали листовки, помогали Красной Армии свергнуть государственный строй Румынии. Они содействовали врагу…
- Предоставляется последнее слово подсудимому Георгию Булату.
- Красная Армия наступает. Скоро мы вас будем судить!
- Лишаю слова, - свирепеет судья.
- Палачи! - кричит с места Георгий Гуменный. Остальных подсудимых также лишили последнего слова. Суд установил, что в Сороках и в соседних селах были созданы партизанские отряды, основной деятельностью которых было добывание оружия, вербовка новых членов и пропаганда коммунистически идей.
А потом: «...Военно-полевой суд 3-го армейского корпуса приговаривает: Булата Георге и Вражмашу Иона к 25 годам каторги с конфискацией имущества; Войцикевича Владимира к 20 годам каторги с конфискацией имущества; Згардана Георге и Исака Порфирия к 15 годам каторги с конфискацией имущества; Шлягуна Валентина, Витинского Думитру, Илиеша Леонида, Фышкоте Василе, Слоновского Тимофея, Мишко Иона, Усатюка Артения, Шестакова Иона, Усатюка Иона к 10 годам каторги с конфискацией имущества; Кумпэтэ Александра, Сырбу Бориса, Григеля Владимира, Булата Антона, Мыцу Иона, Буржаковского Георге, Новицкого Думитру, Карпеша Иона, Гогу Симиона, Кожокару Николая, Дульцева Павла, Чернецкого Константина, Ковальского Анатолия к трем годам тюремною заключения с конфискацией имущества.
Гуменного Георге - к расстрелу».
Загремели кандалы удалявшихся из зала молдавских патриотов. И звон этих кандалов казался не похоронной песней, а набатом, призывом к борьбе.
Пылили цепями по дорогам, тряслись в вагонах для перевозки скота. Военная тюрьма в Галаце. Затем пересылка в тюрьму для политических в городе Аюд (на венгерской границе). Не один борец за свободу простился с жизнью в этих застенках, а если кто и выходил живым, то оставался калекой на всю жизнь.
Не стало Георге Гуменного: приговор был приведен в исполнение.
...Август 1944 года. Фашистская Румыния капитулировала. Красная Армия принесла свободу находившимся в тюрьме комсомольцам.

_____________________________________________________________________________

г. КАГУЛ
Комсомольско - молодёжная группа под руководством Михаила Краснова

23 июля 1941 года в Кагуле был объявлен приказ коменданта, в котором говорилось: "22 июля в 20 часов в районе Липованки бандиты набросились на патруль армии Великой Германии, обезоружили его и избили. Полиция ведет расследование, виновные будут расстреляны. С сегодняшнего дня движение в городе позже 20 часов без разрешения запрещается". Это нападение совершили рабочий Н. Кавчук и бывший председатель Вулканештского районного совета физкультуры комсомолец В. Кожокару. Вначале они действовали вдвоем, затем создали небольшую подпольную группу. Патриоты срывали приказы и объявления оккупантов, выводили из строя линии связи, собирали оружие.
В начале сентября 1941 года в Кагуле возникла другая подпольная группа. Ее организаторами были беспартийный патриот учитель села Зернешты М. Краснов и кагульские рабочие-комсомольцы П. Поливод и Т. Морозов. 10 сентября патриоты собрались на квартире члена организации А. Семененко, разработали и приняли клятву, избрали комитет: руководитель - М. Краснов, его заместитель - П. Поливод, политрук - Т. Морозов, секретарь - А. Семененко. Эта организация явилась ядром, вокруг которого объединялись патриотические силы Кагула. Вскоре в нее влились также подпольные группы ряда сел Кагульского района. Руководители организации установили связь с подпольщиками Измаила, Килии, Болграда. К началу 1942 года в рядах кагульских подпольщиков было более 50 человек.
Свою деятельность кагульские подпольщики начали с выпуска листовок. В первой распространенной ими листовке говорилось: "Труженики Бессарабии! Фашизм начал войну против Советов! От борьбы с фашистами зависит ваше будущее: или откроются перед вами ворота свободы, или останетесь рабами капитала. Подымайтесь против врагов! Создавайте партизанские организации! Красная Армия вам поможет. Боритесь за свободу нашей Родины! Не верьте румыко-немецким сводкам... Недалек час, когда красное знамя снова и навсегда взовьется над Бессарабией. Да здравствует Красная Армия!"
Экземпляр этой листовки подпольщики наклеили на доску объявлений префектуры.
Организации удалось приобрести радиоприемник. Теперь при составлении листовок использовались сводки Совинформбюро и другие передачи советского радио. Листовки распространялись не только среди населения, но и в местах расположения румынских войск. Подпольщики сумели установить связь с советскими военнопленными белградского лагеря, оказывали им помощь продовольствием, сообщали сводки Совинформбюро, разрабатывали с ними планы побегов. Организация имела пулемет, 14 винтовок, 63 гранаты. -------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
О том, насколько тревожили оккупантов действия подпольщиков и партизан, можно судить и по щедрым посулам предателям: за каждого выданного партизана и подпольщика захватчики обещали по 25 тысяч лей и земельный участок в 1-2 гектара.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Врагу удалось разгромить кагульскую подпольную организацию. В начале марта 1942 года, когда подпольщики деятельно готовились к взрыву моста через реку Прут возле Кагула, начались массовые аресты. Патриоты подверглись страшным пыткам. По нескольку раз их выносили с допросов в бессознательном состоянии. Но никто из них не унизил себя раскаянием, которое выколачивали из них следователи-садисты.
14 июля 1942 года военно-полевой суд приговорил руководителей кагульских подпольщиков М. Краснова, П. Поливода, Т. Морозова, Н. Кавчука и В. Кожокару к смертной казни, А. Семененко, П. Каймакан, А. Кулаксиз, И. Жупанов, М. Стеценко, И. Душка, Ф. Горбунова, И. Романенко, М. Тутован, С. Николаева, В. Стефоглу - к вечной каторге. Остальных приговорили к заключению в концлагеря и в тюрьмы. Патриоты не смирились и после решения суда. Накануне казни М. Краснову, П. Поливоду, Н. Кавчуку, В. Кожокару и Т. Морозову переданной патриотами в тюрьму ножовкой удалось перепилить кандалы и петли дверей. Подпольщики бежали, но неудачно - вскоре все они были схвачены и расстреляны.
Несмотря на усиление карательных мероприятий оккупантов, сопротивление молдавского народа захватчикам росло и крепло. Оккупационные власти с тревогой доносили в Бухарест, что значительная часть молдавских рабочих и крестьян "сожалеет о власти русских и большевиков, во время которой они ничего не теряли, а только выигрывали", что "бедное население отказывается подчиняться законам" и "встречает представителей властей враждебно".
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Чтобы уклониться от выполнения принудительных работ на оккупантов, крестьяне резали рабочий скот, несмотря на то что это ущемляло их собственные интересы. Распродажа и уничтожение рабочего скота приняли столь массовый характер, что оккупационные власти 19 февраля 1942 года разослали по всем населенным пунктам циркуляр, в котором говорилось: "Губернаторство имеет сведения, что крестьяне режут и продают рабочий скот для того, чтобы легче уклониться от сельскохозяйственных работ и работ военного значения. Начиная со дня опубликования данного приказа запрещаю крестьянам продавать или резать рабочий скот". За отказ выходить на работу и саботаж только из сел Ларгуца, Капаклия, Бороганы и Яргара Кагульского уезда оккупанты отправили в концлагерь 225 человек.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Большую работу по мобилизации народных масс республики на борьбу с захватчиками проводил ЦК КП(б) Молдавии. В начале 1942 года в Москве при Всесоюзном радиокомитете была создана молдавская радиоредакция. В своих передачах на молдавском языке она рассказывала о положении на фронтах, героической борьбе партизан, разоблачала оккупантов и буржуазных националистов, призывала народные массы к решительной борьбе с захватчиками. Все передачи велись под лозунгом "Молдавия была и будет советской!". ЦК КП(б) Молдавии организовал в широких масштабах заброску самолетами на территорию республики газет и листовок. "Наступил удобный момент для удара по немецко-румынским захватчикам с тыла,- говорилось в одной из листовок.- Смелее захватывайте у врага оружие. Бейте фашистских оккупантов поодиночке и группами. Преследуйте их всюду. Нагоняйте на них панику. Чините всевозможные препятствия передвижению вражеских войск, разрушайте мосты и дороги. Рвите телеграфные и телефонные провода. Нападайте на штабы вражеских войск, казармы, аэродромы. Уничтожайте горючее, военную технику немецко-румынских оккупантов. Не платите налогов. Не сдавайте сельхозпродукты. Саботируйте все мероприятия захватчиков. Уничтожайте комендантов, полицейских, примарей, жандармов, агентов сигуранцы и гестапо. Не давайте возможности врагу жить и дышать на нашей земле.
Адрес в Интернете: Форум KagulRu _____________________________________________________________________________

К началу страницы

_____________________________________________________________________________
Сайт Алёны Дружининой, 2005-2011